Каллиграфия
Шрифт:
Однако похвастать перед хранительницей обновками ей так и не довелось, ибо, в самых сжатых выражениях извинившись за рассеянность, Кристиан выудил самоцвет из карманов своих брюк и поинтересовался, сгодится ли он для планируемой конструкции. Аризу Кей была счастлива, насколько позволяло ей нынешнее ее состояние, и пообещала, что через пару часов от тучи не останется и следа.
Глава 30. Весна в саду
– Но всё-таки, как объяснить, что за одну ночь закоренелый вор и убийца
– недоумевала Джейн, истолковав рассказ Джулии по-своему и присочинив подробностей, какие в повествовании не фигурировали.
– Не думаю, что Моррис именно так проводит теперь досуг, - с сомнением отозвалась итальянка, пропуская ее к краю балкончика белой пагоды.
– Но, сдается мне, здесь не последнюю роль сыграла внешность синьора Кимура.
– О да, он столь сногсшибателен, что при виде его отъявленные злодеи тают, как эскимо на солнцепеке, - отпустил шуточку Франческо, причаливая к перилам рядом с Джейн.
– А вот и нет! Вовсе и не поэтому, - сказала Джулия.
– Всё дело в том...
В комнате, за клетчатой дверцей балкона, на котором расположились наши друзья, стоял невообразимый галдеж. И, хотя японка позаботилась убрать предметы первостепенной важности в недоступные для детей места, стены и пол всё равно оказались запачканы тушью, кисточки были найдены и пущены в ход как средства атаки и обороны, а низкий столик вместе с парой-тройкой подушек возведен в ранг крепостной стены. Между мальчишками шла непримиримая война за право распоряжаться балконной дверцей, которую они нещадно дергали то вправо, то влево, невзирая на ее предсмертные скрипы. Торжественности их гвалт в разговор отнюдь не привносил, поэтому, выдержав укоризненную паузу, Джулия вынуждена была продолжать под звуки ожесточенной баталии.
– В общем, Кристиан и Моррис, они...
– Ну, не томи!
– затопал ногами Росси.
– Их практически не отличить. Один в один!
– Бли-зне-цы!
– шепотом произнес Франческо.
– Мимо, друг мой! Они двоюродные братья.
Джейн призадумалась.
– Если б я была бандитом с репутацией и богатствами Морриса, я укокошила бы и родного братца, не то, что двоюродного. Нет, тут что-то нечисто.
– Да отчего же? Они впервые в жизни увиделись, лбами, можно сказать, столкнулись. Друг на друга ополченные, друг с другом воюющие. Меня и то бы оторопь взяла, встреть я своего двойника! А Моррис - тот прямо дар речи потерял! (К слову, мой приблудный кузен Федерико стащил у него из-под носа тот самый бриллиант, который мы отдали Аризу Кей).
– Знаете, мне всё больше становится жаль Морриса: дар речи потерял, убыток потерпел, - невинно улыбнулся Франческо.
– А о кузене твоем я вообще впервые слышу! Где ты его откопала?
– Так ведь он в том фургоне сидел! Помните: ночь, деревушка, Люси.
Росси не удержался от очередного саркастического высказывания, а Джейн заявила, что недалек тот день, когда его упражнения в изящной словесности окончатся трагически.
– Я склонна полагать, - помолчав, проговорила Джулия, - что в прежних
прегрешениях Кристиана виновна дурная наследственность... Раз они с Моррисом родственники.– О, что я слышу? Какие вольности, синьорина! Какая фамильярность!
– воскликнул Франческо.
– «Прегрешения», «Кристиан». С каких это пор мы величаем учителя по имени?!
– Олух ты этакий!
– пихнула его в бок Джейн.
– Ей позволительно, потому как они в некотором роде... Ах! Будь ты хоть капельку наблюдателен, ты бы непременно сообразил, что к чему.
Джулия удостоила ее колючим взглядом и собралась уж положить конец этой скользкой беседе, когда многострадальная балконная дверца сошла с рельса и безжизненно повисла на угрожающем расстоянии от головы Франческо.
– Вишь чего натворили! А ну, кыш отсюда!
– прикрикнул тот на проказников. Ринувшись наутек, они развили такую скорость, что чуть не сшибли с ног поднимавшегося по ступенькам Кристиана.
В инструкцию по выживанию на дикой местности нелишним было бы внести пункт, касающийся ватаг обезумевших мальчишек: если на тебя несется орущее и топочущее перекати-поле, необходимо как можно сильнее вжаться в какую-нибудь вертикальную поверхность, задержать дыхание и молить небеса, чтобы тебя ненароком не раздавили. Надо сказать, Кимура этим шагам следовал весьма добросовестно, за что вскоре был вознагражден, застав любимую свою ученицу на балконе.
– Не дети, а торнадо с вихрем, - были первые его слова.
– И вы прочувствовали, да?
– с надеждой спросил Росси.
– Я только что от Аризу Кей. Елизавета у нее на подхвате, работа движется полным ходом, так что, думаю, к вечеру проблема с порталом будет решена.
– Только давайте не спешить с отбытием. Очень уж охота посмотреть, как возродится сад!
– сказала Джулия, и Джейн ее тотчас поддержала. А Франческо с плохо скрываемой алчностью заметил, что не худо бы и бриллиант назад получить, когда все пташки и букашки войдут в привычный ритм и восстановится круговорот в природе.
– Кстати, насчет круговорота озорников, - добавил он.
– Их нужно выпроводить прежде, чем от пагод не останется камня на камне.
Кристиан изысканно испросил разрешения похитить Джулию на некоторое время, увел ее в укромное местечко и сообщил, что тема для ее нового исследования в академической лаборатории найдена.
– Пси-явления?!
– с подозрением переспросила та.
– Но это ведь очень сложно! Полупроводники на основе природных полимеров - еще куда ни шло, но телепортация и прочие сомнительные процессы...
– Здоровый пессимизм, бесспорно, важен, однако проект действительно перспективный. В нем задействованы лучшие умы Академии, и за финансированием дело не станет.
– Полагаете, у меня ум как у Эйнштейна?!
– Я полагаю, - мягко и с расстановкой произнес Кристиан, - мы на пороге знаменательного открытия, и курсовая работа по данной теме может значительно способствовать повышению твоего уровня.
– А также расширению кругозора и покорению недоступных вершин, - усмехнувшись, завершила Венто.
– Хорошо, я согласна. Только предупреждаю сразу: вас сильно разочаруют мои умственные способности.