Чтение онлайн

Милое дитя подняло голубые глаза на Антона:

— Как вас зовут?

— Арман, — Смирнов не стал называть своего настоящего имени, созвучного с французским Антуаном, так как прекрасно знал, что немцы не любят лягушатников.

Антон всё ещё держал девушку на руках, когда раздались новые крики:

— Вервольф! Сюда бежит вервольф!

Видимо, более близкое знакомство откладывалось, и новоиспечённый Арман решительно усадил красавицу в карету, не забыв тщательно закрыть за ней дверь. В окошко экипажа тут же показалась прелестная ручка, согнутая для поцелуя.

— Потом, потом, всё потом, — Смирнов подобрал с земли щит погибшего стражника, и, уже не стесняясь, обнажил дедов клинок.

Огромными

скачками к ним приближался громадный чёрный волк. Казалось, что глаза его горели адским огнём. Из большой, как чемодан, пасти, нашпигованной острыми, кинжальными зубами, свисал длинный язык, с которого обильно капала слюна.

Воинов охраны, которые попытались остановить его, чудовище раскидало в разные стороны ударами могучих лап с загнутыми, как сабли, когтями, словно игрушечных солдатиков.

Теперь на пути зверя был лишь Антон. Чёрный монстр стремительно надвигался, совершая, один за другим, длинные прыжки. Новоявленный воин поднял меч. Когда до волка оставалось не больше десяти метров, чудище неожиданно остановилось. Сев на задние лапы, как большая дворовая собака, хищник с неподдельным изумлением уставился на Смирнова. И даже склонил на бок свою массивную голову.

«Глаза… Где я мог видеть такие же злые, голубые глаза»? — подумал Антон, и в то же мгновение гигантский зверь прыгнул на него. Парень успел отклониться — пасть щёлкнула в сантиметре от человеческого лица. Зловонное дыхание окатило лицо молодого воина. Волчище промахнулся, а вот человек успел полоснуть его клинком по лапе. Волк взвыл и, с ещё большей яростью, бросился в атаку. На этот раз парень принял удар на щит. Натиск зверя был настолько силён, что Смирнов оступился и упал на одно колено. Воспользовавшись этим, злобная тварь умудрилась резануть человека когтями по бедру. Антону показалось, что он увидел улыбку торжества на морде животного. С трудом поднявшись, молодой человек приготовился к новой атаке. Она не замедлила себя ждать. На это раз Смирнов в момент прыжка адской собаки, чуть сдвинулся в сторону и крутанулся на пятках, таким образом приняв удар зверя по касательной. В то же самое мгновение, он сделал стремительный выпад и вонзил лезвие клинка в шерстяной бок волчары. Раздался оглушительный визг, и чёрное тело покатилось по дороге, обливаясь собственной кровью. Было видно, как чудовище убегает в сторону леса. Какое — то время был ещё слышен треск ломаемых веток кустарника. Потом всё затихло.

— Арман! Боже мой, Арман! Вы снова спасли меня! Второй раз за последнюю половину часа, — девушка выскочила из кареты и бросилась на шею молодому человеку. — Господи! Вы ранены?!

— Пустое, — Антон слегка отстранился от девицы и осмотрел рану. Ничего особенного, но кровотечение присутствовало. Прекрасная незнакомка «нырнула» в экипаж и вернулась с большим расписным платком.

— Жалко такую красоту кровью пачкать, — нетвёрдо возразил Антон.

— Берите, берите. Вы мне жизнь спасли. Я теперь ваша вечная должница.

Только сейчас Антон понял, как он близок к провалу. Красавица терпеливо дождалась, когда молодой человек перевяжет рану, сделала книксен и представилась:

— Меня зовут Ангелика. Я дочь графа Оттона фон Штайерна.

Смирнов зачем — то, по — офицерски щёлкнул воображаемыми каблуками. Во избежание недоразумений, назвался дедовой фамилией:

— Риттер Арман Барков.

Ангелика, вдруг, неожиданно погладила молодого человека по груди:

— Ты не отсюда. Весь ты, какой — то не здешний. Одежда чудная. Красивая. Такую у нас не шьют. И обувка необыкновенная, неземная. Ты откуда?

— Оттуда, — Смирнов не нашёл ничего лучшего, чем ответить всем известной фразой из культовой комедии.

Девушка чуть наклонила голову так, что стал виден белый завиток над ушком. Антону ничего не оставалось,

как поцеловать её в нежную щёчку. Вдруг Ангелика порывисто обняла молодого человека, закинула мягкие руки за его шею и прижалась всем своим юным телом к, жаждущему ответных ласк, телу взволнованного мужчины. Губы соединились в поцелуе. Пухлые девичьи уста были безмерно сочны. Арман крепко обнял девицу за талию, прижал к себе. Голова закружилась. На секунду Смирнов даже забыл где он. Всё завертелось перед глазами. Сердце сжал спазм.

Очаровательная фея погладила рыцаря маленькой ладошкой по щеке:

— Милый, — прошептали её губы. Он неосознанно повёл её к карете. Руки инстинктивно сжали аккуратную, по девичьи, грудь. Дыхание обоих стало прерывистым.

Вдруг она вздрогнула и указала рукой на горизонт. Там в предрассветном тумане показалась пыльная дымка. Пятеро вооруженных всадников во весь опор скакали в их сторону.

— Это мой отец со своими вассалами. Я представлю тебя ему.

— И соответственно, к смерти, — подумалось Смирнову, — если эти возьмут в оборот, то не выкрутишься. Это тебе не девчонка.

— Мне надо срочно ехать. Не время знакомиться. Я забыл дома вверительные грамоты.

— Неужели мы с тобой больше никогда не увидимся?

— Послезавтра, в десять вечера я совершенно свободен. Где тебя найти?

— Я буду ждать тебя в лучшей таверне нашего города, у Гофрида. Я буду там со служанкой, под видом простолюдинки. Трактирщик мой человек. Спросишь у него Амалию. Под этим именем я иногда посещаю это заведение. — Взгляд девушки упал на окровавленную ногу:

— Ты ранен! Начальник стражи, отдайте этому рыцарю самого лучшего коня.

— Но, госпожа…?

— Исполняй мое приказание, мужлан.

— Слушаюсь.

Строй всадников очень быстро приближался. Выбирать не приходилось. Антон ещё раз крепко поцеловал в губы прекрасную Ангелику и вскочил в седло племенного жеребца.

— Послезавтра, в Гофридской таверне, — закричал он с придыханием и пришпорил коня.

Дочь графа стояла на обочине и махала вслед своему рыцарю рукой.

Солнечный луч, каким — то чудом пробившийся сквозь тяжёлые занавеси, заполз на лицо Антона и разбудил его. Некоторое время парень лежал, не открывая глаз, боясь, что всё, произошедшее этой ночью, окажется сном. Наконец, он приоткрыл один глаз и облегчённо вздохнул. На спинке кровати висел шёлковый платок, расшитый чудным орнаментом. Смирнов пошевелился и тут же почувствовал несильную боль в ноге, которая больше раздражала, чем беспокоила.

«Значит события прошедшей ночи не плод воспалённого воображения, а я не сумасшедший», — размышлял «путешественник во времени». — «Это вдвойне хорошо ещё и потому, что помимо приятного знакомства, должен быть вполне реальным золотой слиток, полученный от алхимика».

Антон бодро соскочил с кровати и сунул руку в карман спортивной куртки — металлический брусок был на месте. Сердце радостно забилось, но молодой человек решил проявить сдержанность, всё делать спокойно и по порядку.

Для начала он принял душ, тщательно побрился и пошёл завтракать, и одновременно обедать, поскольку время уже было почти час пополудни.

За трапезой Смирнов вполуха слушал стенания Александра Петровича по поводу своей раны. Бедный старик всячески клял себя за то, что втянул внука в такую опасную историю. Внук же, наоборот, высказывал деду слова самой искренней благодарности.

После еды Антон засел за компьютер, чтобы собрать всю информацию о том, как проверить подлинность золота. Путём несложных манипуляций новоявленный химик убедился в оригинальности средневекового слитка. Теперь требовалось реализовать драгоценный металл, желательно не оставляя при этом документальных следов.