Избранные
Шрифт:
– По-моему, отвратительное, - фыркает Скилар.
– Они могли назвать это место чем-то вроде "Ярый дракон" или "Огнеопасное оружие". Вот это действительно было бы смешно, ведь великая защита короля это....
– он грустно смотрит на Еву, - ну да, вот это.
Ева угрожающе заносит руку и Скилар пятится назад, выпятив ладони вперед.
– Рыжий, ты действуешь мне на нервы.
– А вот это дискриминация, - обиженным голосом замечает Скилар.
– Ладно, Солнечный город - я поняла. Что-то еще, что мне нужно знать?
Ева лениво оттягивает край блузки, открывая взгляду солнце с четырьмя
– Четыре королевских дома - четыре луча, - объясняет она.
– Ну конечно, - ухмыляется Скилар, оттягивая ворот черный кофты и демонстрируя свое солнце. Он поочередно указывает пальцем на каждый из лучей: - Тристан, Адриан, Селеста и Эсмеральда.
– Ой, да заткнись ты уже!
– раздраженно взмахивает руками Ева.
– Кто будет татуировать на груди оружия имена тех, против кого это оружие может быть в теории использовано?
– стучит по голове Скилар.
– А где же тогда имя королевы?
– интересуюсь я.
Он наклоняется ко мне ближе и заговорщически подмигивает.
– А она не Лакнес. Она Элизабет Бишоп. Понимаешь, куда я клоню?
– Хочешь сказать, она - не член королевской семьи?
Скилар пожимает плечами.
– Я просто говорю, что возможно, тут происходит что-то куда большее...
– Черт бы тебя побрал, Скилар, - Ева впервые выглядит взволнованной, когда подносит свой указательный палец к его глазам, - если ты сейчас же не закроешь свой рот нам всем не сносить головы. Сделай нам всем одолжение, высказывай свои дурацкие теории, когда за дверями нет Хранителей и членов Элитного отряда. А ты, - она поворачивается ко мне, - запомни одну вещь: не задавай вопросов. Чем меньше ты знаешь, тем больше вероятность, что никому и в голову не придет тебя о чем-то спрашивать. И, может быть, ты сможешь прожить здесь спокойную жизнь, обзавестись тремя спиногрызами и тихо умереть.
Кажется, ко мне приставили еще одну Нору. Тут что, занимаются клонированием?
Внезапно, дверь открывается, и из нее выходят трое мужчин, разительно отличающихся от всех присутствующих. У каждого из них широкая грудь, а под тканью черных кофт перекатываются внушительные мускулы. Они пристально оглядываются, как будто каждую секунду готовы к нападению. За ними следуют еще несколько мужчин и женщин, но выглядят они менее угрожающе.
– Эйдан!
– кричит Скилар, приветственно размахивая руками, - чувак, ты еще жив! Какая удача!
Действительно - впереди всех вышагивает Эйдан, убийственно глядя на Скилар. Я едва узнаю его в черном облачении - но зато шрам возле коричневого глаза не позволяет спутать его ни с кем другим.
– Скилар...Эйдан - Искупитель?
– шиплю я на ухо Скилару.
– Ну да, - он недоуменно смотрит на меня, - а что тебя так удивляет?
Действительно, Господи, а что меня так во всем этом удивляет?
Он останавливается на мне взглядом и чуть заметно вздрагивает, но я не успеваю никак отреагировать на его присутствие, потому что к нему подбегает Ева и говорит куда более мягким голосом:
– Эйдан, можно я сегодня с вами потренируюсь? Я так долго практиковалась, а отработать удары с самим капитаном Элитного отряда...это было бы честью для меня.
Он переводит на нее затуманенный взгляд, как будто с трудом понимает, кто перед ним находится.
–
Простите, Ева, но я подмастерье боевых искусств. Я не тренируюсь с учениками.Ева вздрагивает, затем натягивает улыбку, быстро кивает и идет прочь. Она садится в углу и прячет глаза, стараясь ни на кого не смотреть.
– Ева - воин, - шепчет мне на ухо Скилар.
– Для нее жизнь - это поле боя. Ее кумир - принцесса Селеста. Она тоже хочет сражаться за справедливость.
– И почему Эйдан отказался потренироваться с ней?
– недоумеваю я.
– Таковы правила, - пожимает плечами Скилар, - подмастерьями становятся лишь лучшие воины, и они дерутся между собой. Ученики могут сразиться с подмастерьями лишь в финальном поединке, и, если те сочтут, что их навыки высоки, могут посветить их в свой круг. Тогда их начнут брать на задания. Но с Искупителями такого почти не случается. Мы - слишком ценный ресурс, чтобы нами так раскидываться. На заданиях погибают.
– Но не Эйдан.
– Эйдан - капитан Элитного отряда. Так уж случилось, что у него нет выбора. Он в личной охране короля.
– И по какой же причине?
– По той же, по которой мы все здесь, - он улыбается, - защищать его. Сейчас король особенно боится за собственную жизнь. Его же тоже все винят за грехи отца. Он опасается, что ему начнут мстить. А они, - он кивает в сторону мужчин, которые начали разговаривать, - это гарантия.
– Они - тоже члены Элитного отряда?
– удивляюсь я.
– Ну да. Их личность засекречена, но я догадываюсь, что как минимум половина из них - Искупители.
– Но это же не имеет никакого смысла, - бормочу я, - зачем королю такая ненадежная охрана? Они же...просто люди. Они не могут быть просвещены, а значит, по природе своей склонны к предательствам, лжи и трусости.
– Может, настали времена, когда король куда сильнее начал бояться Просветителей, чем обычных людей. Поэтому мы с тобой, - он дергает меня за хвост, - самые крутые люди во всем королевстве. Мы с тобой герои. Сила рыжих!
Я внимательно приглядываюсь к Скилар. Рыжие волосы, веснушки и большие зеленые глаза - вряд ли его специально приставили шпионить за мной, но лучше быть осторожнее. Я ничего не потеряю, если задам ему несколько вопросов.
– Тебя продали родители?
– быстро выпаливаю я.
Скилар на мгновение вздрагивает, но в следующую секунду уже ухмыляется и проводит рукой по торчащим в разные стороны волосам.
– Детка, ни у кого не хватило бы денег, чтобы меня купить.
– Серьезно, Скилар, как ты здесь очутился?
Он вздыхает, затем быстро смотрит по сторонам и недовольно бормочет.
– Ладно. Да, меня продали.
– И ты поверил?
– Да.
– Почему все люди в этом чертовом королевстве так легко верят в эту чушь?
– Потому что я видел это, Эланис, - чуть севшим голосом произносит Скилар.
Мое сердце уходит в пятки. Я смотрю на него раскрывшимися глазами и хриплю:
– В каком это смысле?
– Они пришли ночью, - прочистив горло, отвечает он, - Хранители короля. Мне было пять, но я все помню. Они предложили моим родителям контракт прямо при мне, а те, рыдая, подписали его. Не было никакого обмана, никакой магии просвещения. Была просто сделка - не в мою пользу.