Инспектор поневоле
Шрифт:
Появление корабля вызвало оживление на площади. Казалось, кто-то одним движением руки разбудил муравейник – пристани моментально заполнились народом, хаотично перемещавшимся из стороны в сторону.
Джентльмены с походными рюкзаками, богато одетые в кружевные наряды пёстрых цветов дамы, за которыми следовала нагруженная чемоданами прислуга, супружеские пары с детьми, отдельные стайки выпускников академии, сгорающие от нетерпения в предвкушении традиционного послеучебного путешествия, в процессе которого им надлежало набраться опыта и повидать мир. Побережье превратилось в бурлящий котёл мелькающих лиц, завораживающий своей хаотичной организованностью.
Тем
Толпа забурлила с удвоенной силой – встречающие, провожающие, друзья, родственники… каждый занимался своим делом, совершенно не замечая юрко перемещавшуюся между заполонившим пристань людом, низкорослую фигурку.
Мальчик, лет двенадцати на вид, в широких, явно рассчитанных на взрослого штанах, перевязанных обрывком верёвки, в грязной засаленной рубахе и с босыми ногами, резво перемещался в толпе от человека к человеку. Его лицо было измазано сажей, растрёпанные каштановые сальные волосы падали на лоб. Живые голубые глаза, мгновенно выцепляли в толпе неосторожных простаков.
Ловкое движение ножика – чик! И мешочек монет, привязанный к поясу пожилой леди, отправился к нему в карман. Неуловимый жест рукой – и перстень с крупным алым камнем, перекочевал с пальца солидного господина вслед за кошельком.
Мальчик орудовал, привычно избегая приближения к обладателям длинных мантий с воротом под горло, за спинами которых покачивались волшебные посохи.
Особенно осторожно он относился к чистокровным мэгам – коренному народу Нордхолда. Благо, их приметная внешность – слегка заострённые уши, платиновые волосы, большие лазурные глаза и тонкие черты лица, отдалённо напоминающие эльфийские, позволяла заметить прирождённых волшебников издалека. Всем в порту известно: связываться с чародеями – себе дороже.
Воришка обчистил ещё нескольких незадачливых пассажиров. К монетам и перстню добавились жемчужные бусы, серебряный браслет с голубыми вставками, бархатное портмоне и позолоченная брошь.
Мальчишка удовлетворённо ощупал добытые богатства, и уже было собирался покинуть пристань, как вдруг заметил её.
Невероятно толстая дама в богато расшитом драгоценными камнями бархатном платье бордовых тонов неспешно ступала сквозь толпу, рассекая её подобно ледоколу. По опухшему лицу обильно струился пот – не спасала ни декоративная шляпка с вуалью, ни кружевной зонт, который она держала над головой, силясь укрыться от зноя в крошечном теньке. Она неповоротливо двигалась к кораблю, щурясь поросячьими глазками и обмахиваясь веером. На поясе раскачивался увесистый кошель.
Карманник просиял и припустил в её сторону.
Проскочив между плотными рядами людей, перекатившись под вставшей на пути телегой и едва не столкнув в воду замечтавшуюся девицу, он, наконец, возник рядом с примеченной барышней, вблизи оказавшейся ещё больше, чем издалека. Её спина горой возвышалась прямо перед ним, необъятный зад медленно покачивался из стороны в сторону, непринуждённо расталкивая окружающих, казавшихся хрупкими и ничтожными в сравнении с уверенно топающей вперёд мадам.
Оборванец без труда нагнал её и пристроился чуть сбоку, стараясь, тем не менее, находиться за пределами зоны видимости толстухи. Нож привычно скользнул в руку и отправился в путешествие к поясу богачки. Сердце вора замерло в предвкушении солидной добычи.
Внезапно,
раздался резкий хлопок, за которым последовала пурпурно-голубая вспышка.Кошелёк исчез, на его месте сверкала искорками сфера, окутывающая ладонь юнца – рука незадачливого вора оказалась намертво вморожена во временную ловушку. Очертания дамы подёрнулись рябью и начали медленно расплываться. Послышался высокий, режущий по ушам женский голос:
– Так и знала, что не удержишься! Попался, маленький засранец! – на месте полной дамы стояла Сивилла. В её левой руке потрескивало злополучное заклинание. – Я изучила список жертв – все они не маги. Из чего и сделала вывод – вор не владеет волшебством. И оказалась права! Хах! – по её лицу прошла едва заметная судорога. Она дёрнула головой и опустила взгляд на злоумышленника. – Но я и не предполагала, что мой клиент – мальчишка!
– Пусти! – Парень пытался высвободиться из сферы, упираясь ногами в скользкие доски, но тщетно. Заклинание работало исправно. – Тётенька, Вы меня с кем-то перепутали! Я ничего не сделал!
Иви с каким-то неуместным сочувствием оглядела паренька.
– Поздно. Всё, отбегался.
– Пусти, сказал! – прошипел сквозь стиснутые зубы вор. Он дёрнул рукой, снова пытаясь освободиться, но лишь скривился от боли.
– А теперь пора! – девушка крепко схватила свободной кистью парня за шиворот и приподняла в воздух.
– Куда вы меня тащите?!.. – глаза мальчишки округлились от ужаса.
– Как это куда? В тюрьму, конечно! А-а… А-а-а-апчхи! – волшебница оглушительно чихнула, открыв перед собой портал. – Задержи-ка дыхание! – с этими словами она сделала широкий шаг в вихрь энергии.
Пристань озарилась вспышкой, сопровождаемой оглушительным хлопком, а затем всё стихло.
Чайки нервно кричали вдалеке. Пассажиры покидали корабль, высматривая радостные лица встречающих. Суетились те, кто готовился взойти на борт. Толпа на месте, где лишь мгновение назад стояли мальчуган лет двенадцати и высокая, болезненно худая волшебница, сомкнулась.
Портовая жизнь вернулась в привычное русло.
***
Общий зал детективного корпуса пребывал в атмосфере умиротворяющей тишины. Большая часть сыщиков давно разбрелась по домам, включая Сабринию. Время как-нинкак, было уже позднее.
Исключение составлял Джулиус, которому босс поручила дождаться новенькую. Он раскачивался на стуле и с упоением художника-абстракциониста пялился в потолок. Мэг был настолько увлечён, рассматривая замысловатый узор вплетённого в стены охранного заклинания, что неожиданное появление Сивиллы в обрамлении магического пламени пространственного аркана, стало для него громом среди ясного неба. Молодой маг икнул и, закашлялся. Подавив приступ кашля, он вытер нос и недовольно уставился на прибывшую девушку.
– Я ценю женщин, умеющих эффектно появиться, но всему должен быть свой предел! Мужчинам при виде леди надлежит закатывать глаза в порыве нахлынувших чувств, а не задыхаться, синея на глазах и грозя выплюнуть собственные внутренности.
– Да ты поэт! Не пробовал податься в Вечный Лес? Там ценят романтиков. – Сивилла критически оглядела молодого человека.
– Очень смешно. Так и вижу себя в благородном обществе остроухих и зеленовласых созданий неопределённого пола, поющим серенады под окнами дворца княгини и читающим стихи лесным аристократам за рюмочкой здравура. – Розововолосый наконец заметил мальчишку, стоявшего рядом с Сивиллой. – А это ещё кто? Твой братишка?