Икона
Шрифт:
А утром к дому Боронилиных толпа навалила, чтоб на каменное чудо поглазеть. Клавдия не растерялась: оставила щелку в окошке и стала в комнате стоять. А то знакомую свою ставила, а сама в толпе сновала, деньги за погляд сбирала. Да не мало: по червонцу с человека. Столько она за пиво и за пять лет бы не накопила: кружка-то всего двадцать восемь копеек стоит!
А затем будто бы нагрянула милиция с расспросами: мол, что за чудо, почему, как. Клавдия затараторила, что увезли, мол, каменную Веру люди в штатском. А уж людей в штатском все от мала до велика боялись. И милиция информацию не проверила. Лишь поставила на всякий
Раз посты – то не иначе, каменная девушка существует, решил народ и бросился головой в религиозный омут…
Шкурлепов раз десять перечитал версию, почесал затылок, поморщился: несостыковок, трещин много, как и в версии с попом-расстригой. Не смажешь толком, чтоб гладко вышло.
К примеру, если сначала начать, с чего бы вдруг верующей девице приходить в последнюю неделю Рождественского поста в компанию уголовников? Чего она там искала? Пьянство, веселье, блуд – это тогда не про неё. Зачем шла?
А пришла – молчи себе, потому, как ты кто? Отсталый элемент. Гуляют люди – их право. Задебоширят – милиция их к ногтю прижмёт.
Затем, непонятно, почему самогонщицу Клавку Боронилину навестили старухи-богомолки и гостили у неё – неверующей-то? Самогон покупали? Ну, расспросили бы про расстригу и восвояси. Нет ведь, разговаривали о чём-то земном. И долго разговаривали…
Затем. Когда Вера рассталась с компанией, встретила мать и узнала, что она будто окаменела, то вместе с матерью над богомолками посмеялась. Это верующие над верующими-то посмеялись?! Да никто не поверит!
Затем. Как это так быстро сообразила толпа, что в доме Боронилиных каменная девушка, а сама Боронилина – что можно прикинуться каменной девушкой и за погляд деньги брать? Невероятно просто!
Затем, наконец: чтоб милиция тут же не связалась с КГБ по поводу скандала? Невероятно!
Мда-а-а… на подобном материале добротную «утку» не состряпаешь…
Так. Что там со второй версией? (Любопытно, где Николай услышал версии? Неужто и вправду слыхал? Или проявил литературный талант?).
Так. Вторая версия. Хмурясь, Шкурлепов прочитал:
«Владимир Чепуров, 27 лет, свидетель, сосед Карандеевых, оператор на нефтезаводе, показывает, что живёт в квартире номер семь дома номер сорок шесть на улице Волобуева. А в квартире номер пять живёт продавщица Клавдия Боронилина.
Пояснение свидетеля: «На самом деле номерами квартир означались отдельно стоящие домики, которые все относились к номеру сорок шесть по улице Волобуева. У Боронилиной сын Вадим – карманник. Недавно снова вернулся из тюрьмы и закатил вечеринку – ту самую, о которой все говорят. Однако никакой Веры и, тем более, «каменной девки» там не было»...
Всё началось семнадцатого января этого года. Придя домой после работы, он увидел у ворот Боронилину с соседкой Екатериной Фоминовой, которые разговаривали с двумя незнакомыми старухами. Боронилина сообщила, что старухи пришли посмотреть на какую-то блаженную Аграфену, на которую снизошла Божия благодать, и которая якобы стоит у неё дома в каменном виде, а у неё ничего такого нет.
А старухи своё: мол, мы уже ходили в сорок второй дом на Волобуевской, спрашивали, и там некий Сенцов (который, кстати, ненавидел Боронилину за то, что она через забор сливала в его огород помои) ответил, что он человек партийный, и потому никаких чудес в его доме не водится, зато у Боронилиной вполне всё, что угодно, может
произойти, и он слыхал, что каменная девка стоит именно в её доме. В общем, сделал гадость.Боронилина, понятно, тоже открестилась. Старухи поспрашивали у других жильцов, но безрезультатно.
На следующий день во дворе Чепурова собирался народ. Люди приставали к жильцам с вопросом, где же окаменевшая девушка. И у Чепурова спросили, на что тот ответил: «Видел в своей жизни немало дураков, но чтобы их сразу столько собралось в одном месте, и представить такого не мог».
Но зеваки всё ходили и ходили, и некоторые совсем не для того, чтобы на чудо какое посмотреть: они шарили по карманам висящей в прихожих одежды. Тогда жильцы не стали никому открывать двери. А зеваки полезли в окна, некоторые разбили. Тогда запретили им и во двор заходить.
А 19 января, в Крещение, во двор дома сорок шесть уже рвалась одержимая окаменевшей девкой, оголтелая толпа в несколько тысяч человек.
Вечером под напором толпы упали ворота, закрывающие вход во дворе. Чепурин с другом-соседом Борисом, который жил во второй квартире, крест-накрест заколотили поднятые ворота с помощью двух длинных досок-«шестидесяток», прибив доски к углам домов.
Но зеваки проникали во двор с другой стороны и сверху, некоторые держали горящие факелы и кричали, что сожгут дьявольское место! Пришлось несколько суток, и даже ночами, дежурить во дворе с лопатой, дубиной и с берданкой в руках, чтобы дом не спалили. Чепурин сталкивал с ворот каждого, кто лез во двор.
Пролезали и в дом Боронилиных. Сам Чепурин вывел в сенцы мужика в военном полушубке, требующего показать каменную комсомолку, прошедшего по горнице Боронилиной и кричавшего, что девка стоит в потайной комнате, дал ему хорошенько лопатой и выгнал вон. Клавдия ему за это пиво безплатно дала. Затем Клавдия назначила за осмотр её квартиры по червонцу с человека. Ушлая какая! Ведь пообедать стоило до двух рублей, а пиво брали за двадцать восемь копеек кружку!
А в выходные Чепурин позвал пятерых знакомых парней, чтобы оборонять дом. Вечером в субботу в ворота бросились человек пятьдесят пьяных! Вшестером защитники жилья с полчаса били пришлых и никого не пропустили!
Сперва у дома выставили милицию, затем убрали. Даже поста не выделили. Чепурина вызвали в милицию. Кроме начальника милиции, в комнате сидели два кагэбэшника. Они спросили Чепурина, что будем делать, на что Владимир ответил, что «Ведь вы же власть, а не я». И тогда начальник милиции достал свой пистолет, протянул его Чепурину и сказал: «Возьми и стреляй! Сейчас ты находишься в критической ситуации, ведь на тебя нападает целая толпа. В этом случае ты можешь убить кого угодно – и тебе ничего не будет». Но Чепурин оружия не взял, потому что у него и так есть ружье – бердянка.
Приходили к жильцам сорок шестого дома и официальные делегации, собранные на заводах из членов партии, профсоюзных деятелей, передовиков производства. Они осматривали все квартиры, но ничего не нашли. И к Чепурину приходили, документы показывали, что они имеют право на каменную девку полюбоваться. Но он спрашивал, верят ли члены комиссии в Бога? Раз нет, то, мол, идите на свой завод и расскажите, что нет здесь никакой каменной девки. Особо упорствующим в осмотре квартиры он отвечал: «Вы же в Бога не верите, а туда же!». Так и отстоял покой своего дома.