Чтение онлайн

Что ж происходит? Он и до этого всегда говорил, что думал, и не заботился ни о чьих чувствах... Темные глаза внезапно распахнулись в изумлении и осознании. Забота! Он заботился о Марии-Александре. Это не имело отношения ни к Легенде ни к Песне. Проклятие! Ему был важен сам Рас! Этот запертый в себе, лукавый полу-ребенок. Опасный и хищный убийца. Идеальный убийца. Бард взглянул на свои руки. Несомненно его хотелось защитить и оберегать. Какие необычные чувства. Полукровка покачал головой и недоверчиво взглянул на гитару,

лежащую на коленях. И вдруг вспомнил, что ему подарил её Рас.

– Допелся.
– уныло заметил он инструменту.
– Если бы я был извращенцем каким-нибудь, то подумал бы, что влюбился... но тогда не относился бы к нему, как к малышу.. он... брат? Друг?

– Простите, что прерываю ваши несомненно глубокие размышления, - внезапно прервал его чей-то голос.

Бард почти недовольно поднял голову. Перед ним стоял щеголеватый тип лет двадцати пяти - тридцати. Тщательно расчесанные волосы золотистым водопадом опускались на расшитый воротник рубахи. И из-за спины выглядывал гриф гитары. Ран скривился. Менестрель классический.

– Мое имя - Ивица Серенада.

– Никогда не слышал, - пожал плечами бард.

Щеки Серенады вспыхнули и он едва сдержался. Но продолжил уже более напряженным голосом:

– Мы зашли с друзьями немного отдохнуть и увидели вас. Инструмент в ваших руках позволил нам предположить, что вы претендуете на звание менестреля.

А вот это уже было явно завуалированное оскорбление.

– Не претендую, - отрезал Ран.
– Это все?

От неожиданности Серенада растерялся, а в таверне наступила почти мертвая тишина.

– Тогда зачем ты держишь в руках благородный инструмент?
– на помощь товарищу поспешил один из его друзей. Судя по всему тоже менестрель, нов отличии от Серенады, он выглядел даже как-то простовато в своих темных одеждах. Лишь яркий алый плащ ярким пятном окутывал его на удивление атлетическую фигуру. Абсолютно седые волосы спускались ему на плечи, а морщинистое лицо, казалось, привыкло дарить улыбку всем.

– Потому что умею играть, - спокойно отозвался полукровка.

– Значит ты не менестрель?
– разочарованно протянул Серенада.

– Нет, - скривился тот, как будто ему в рот попало что-то кислое.
– Вам больше от меня ничего не надо? А то мне хотелось бы приступить к еде и вернуться к тем размышлениям, от которых вы меня так нелюбезно оторвали.

Пожилой менестрель в алом плаще внезапно к удивлению всех, а особенно своих спутников склонился в низком поясном поклоне:

– Может Ран Аларик Кали оказать честь бедному менестрелю и спеть всего одну песню?

Юноша с интересом взглянул на него:

– Ты знаешь меня?

Менестрель медленно выпрямился и кивнул:

– Я слышал о тебе. Огненно-рыжие волосы, скверный характер, прекрасное лицо.. я мечтал о встрече с Раном Разбойником, чей голос по слухам

настолько прекрасен, что завораживает самых свирепых и очаровывает даже тех, кто не обладает слухом.

– Что?!
– ахнул кто-то за его спиной.
– Бард?!..

Ран улыбнулся:

– Теперь я вспомнил тебя. Ты - Алый Плащ. Я слышал твои песни.

Тот снова поклонился. Правда, уже не так низко:

– Надеюсь, слух они не резали.

– Учитывая, кто их пел, - задумчиво проговорил бард...
– я понял тогда, что хотел бы услышать их в твоем исполнении.

– Обмен?
– хитро улыбнулся седовласый.

– Договорились, - ни на мгновение не задумываясь ответил полукровка, протягивая руку.

Пока они скрепляли соглашение, шустрые посетители, понявшие, что могут получить бесплатное представление, расчистили середину зала.

– Ты хочешь услышать что-то конкретное?
– поинтересовался Алый Плащ.

– Давай для начала то, что у тебя вертится на языке, - явно погруженный в какие-то свои мысли, ответил бард. Менестрель внимательно вгляделся в него и кивнул, соглашаясь. Похоже, они своей просьбой оторвали юношу от сочинения какой-то песни, не иначе. Поэтому он так раздраженно отреагировал на Серенаду.

Бард протянул ему свою гитару. Чуткие пальцы менестреля пробежались по струнам, и Алый плащ с восторгом поднял взгляд на Рана:

– Какой прекрасный инструмент! Кто его создатель?

Бард покачал головой:

– На нем нет клейма мастера. Это подарок от... друга...

Если менестрель и заметил заминку, то не подал вида. Наступила тишина, а потом струны отозвались на первое прикосновение пальцев, а может быть души...

Росомаха смотрел на хозяина лавки. Тот под его взглядом съежился так, что казалось еще чуть-чуть и совсем растворится в воздухе.

Если бы убийцу сейчас увидели его спутники, они бы несколько раз подумали, прежде чем снова назвать его малышом или поверить лукавой полуулыбке, которую он так часто демонстрировал.

Она и сейчас замерла на своем прежнем месте, но совершенно равнодушные звериные глаза делали её жуткой.

– Значит Гильдия запретила, - хрипло повторил он ответ хозяина на свой запрос.

– Я ничего не могу, господин, - умоляюще сложил руки продавец.
– Вы не появлялись десять лет! А за это время многое изменилось! В Гильдии смена власти и новые порядки. Вы уйдете, а мне еще жить и работать.

– Успокойся, - поморщился убийца.
– Я убиваю только за деньги. За тебя мне никто не платил. Однако снаряжение мне необходимо, а, значит, я хочу услышать подробный рассказа о том, что тут произошло за последние десять лет.

– Что вы хотите узнать?
– торговец понял, что убивать его не будут, и позволил себе выпрямиться.