Чтение онлайн

– Выбирай! Ты по праву заслужил это, - я указал на тот, который был ближе.

Алчные огоньки, плясавшие в глазах двух моих родичей, стоящих на охране сокровищ и присутствовавших тут во время этой, приятной во всех отношениях процедуры, полыхнули настоящим пожаром. Даже челюсти непроизвольно прищелкнули (это заставило Лаона нервно поежиться).

Впрочем, разделив трофеи, ни я, ни Лаон тащить сокровища куда-либо не торопились - тут-то они хорошо охранялись. Кроме того следовало тщательно организовать транспортировку этих ценностей. Хотя и эта проблема решилась сама собой двумя днями позже - из Мавена пришел обоз с провиантом.

Вот только за эту пару дней ситуация изменилась кардинально.

Эльфы ушли. Получив свое, они свернули лагерь в редколесье и стройными рядами направились по Тракту в сторону Имнаделла, увозя с собой сокровища.

В вечер того же дня у меня состоялся серьезный разговор с Лаоном.

– Ваша Светлость, - начал я, - Лучшим решением будет отправить золото в Мавен. Да и самим ехать туда же. Хоть светлых было не так уж много, но это как-никак сдерживало темных. Теперь же им совсем ничего не мешает запереть нас здесь как в мышеловке.

Подняв на меня взгляд, полный тягостных раздумий, князь ответил:

– Так-то оно так, и ты конечно прав, вот только выбора у меня нет. Мой король велит оставаться нам здесь и при любом раскладе удерживать город, - он встал и, подойдя к окну, стал вглядываться туда, где из-за городской стены был виден краешек долины, резко поднимавшийся к Тракту, - Так что очень может быть, нам скоро "посчастливится" прочувствовать на собственной шкуре, каково было положение темных.

Мне стало ясно, что и человеческий правитель понимал всю сложность ситуации, но, похоже, выхода из нее он не видел.

По прибытии обоза, я настоятельно порекомендовал Лаону отправить из Нагарата не только золото, но и все что могло бы послужить обузой, в том случае если эти "гостеприимные" стены мы будем вынуждены покинуть. Особенно если это придется делать с боем. Захваченный город обеспечил вполне комфортный быт, поэтому почти весь скарб было решено отослать, обратно в Мавен.

Так же было приказано собираться и Титусу. Тот воспринял эту весть как настоящую трагедию и даже попытался протестовать, но как бы то ни было, а приказы повелителя не обсуждаются. Следующие несколько дней, до выхода каравана, секретарь дневал и ночевал в библиотеке, сортируя и подбирая те свитки темных, что представляли для людей хоть какой-то интерес. Ракса помогала ему, отдавая этому занятию все свое свободное время, и даже сном пожертвовала (до постели эти дни она добиралась далеко за полночь). А поинтересовавшись, зачем она это делает, получи такой ответ:

– Знания должны быть сохранены, тем или иным образом!
– впрочем, что еще я мог услышать от темного эльфа.

Однако в кутерьме и суете предстоящей отправке обоза, секретарь умудрился еще раз меня позабавить. В очередной раз припозднившаяся Ракса, вошла в комнату сжимая в руке нечто, более всего походившее на цветок, сделанный из разукрашенной бумаги. Озадаченный, столь странным предметом я спросил эльфийку:

– Что это?

На что девушка, склонив голову на бок, несколько пространно произнесла:

– Титус подарил.

Ясней мне не стало. Я сделал неопределенный жест, рукой понуждая ее продолжать. И она тем же странным тоном объяснила, дескать, этот ненормальный сначала декламировал какой-то поэтический бред светлых о бутонах на снегу, потом вручил вот это со словами: "Что бы благородной леди хоть чем-то запомнился несчастный Титус. Хотя бы тем, что он смог преподнести ей цветок среди зимы!". Покрутив бумажный стебелек в руках, Ракса пожала плечами и саркастически хмыкнула, но, все же бережно положив неожиданный подарок на уголок стола, стала готовиться ко сну.

Накануне отъезда я тоже пришел к Титусу в библиотеку и попросил у него бумаги для письма.

– Бумаги?
– словно бы не веря своим ушам, переспросил секретарь и с недоверием

стал выпытывать, - Зачем это тебе?

– Хочу письмо написать, - резонно парировал я, прибавив, - И надеюсь, что ты передашь его Варге, когда прибудешь в Мавен.

Выражение лица молодого человека свидетельствовало, что слова мои в голове его никак не укладываются, но все же достал чистый лист из своих запасов и протянул мне. А пододвигая чернильницу с пером, спросил:

– Может тебе помочь?

– Не надо. Писать я умею, - ответил уже удаляясь.

Однако еще большим потрясением для княжеского секретаря, стало то, что письмо было написано на гномьем языке - все родичи его знали. Хотя надо сказать гномам дорого стоило это наше знание. Титус не веря своим глазам, рассматривал символы, впрочем, прочесть не мог. Как раз на это я и рассчитывал, но до конца уверен не был. Поэтому самое главное послание оставил запахом. Писаное чернилами гласило, что Варга при первой же возможности должна собираться и идти домой, потому что темные скоро придут во владения князя и Мавену не устоять. А что бы она безошибочно поняла, что это письмо мое и все настолько плохо и что может быть это последняя весть от меня я, вызвал в душе тот образ, что хотел передать. А когда чувства стали достаточно сильными и все тело отозвалось на них, сунул в рот палец и прикусил до крови, а смешав кровь и слюну, провел этой смесью снизу по обрезу листа и отнес послание к молодому человеку. Титус некоторое время пялился на лист, однако, в конце концов, посыпал его сухим мелким песком, что бы подсушить чернила и, сложив пополам убрал в свою сумку, где обычно и хранил все важные бумаги.

Я уже повернулся, чтобы уйти, секретарь же порывисто выкрикнул мне вдогонку:

– А что вы, оборотни, действительно можете писать и читать по-гномьи?

– Да и все. По-гномьи, по-эльфийски, по-человечески. В наших пещерах тоже есть библиотека, - будничным тоном констатировал я, в представлении Титуса же рухнул мир - "звери" поголовно умеют читать и писать, причем на многих языках это было выше его понимания.

Вместе с обозом должны будут уйти и те мои родичи, что увезут причитающуюся часть сокровищ в наше обиталище - гномьи пещеры. Это будут Мар и Хаг - как бы ни сложились обстоятельства, а клан не останется без вожака и лучшего охотника. И это понимали все, так что выбор мой даже не обсуждался.

Тащить с собой сундук не имело смысла, поэтому подыскав пару переметных сумок покрепче, переложили драгоценную добычу туда. И по моей просьбе старший конюх выбрал для них двух лошадей повыносливей, резвые скакуны были не нужны (ведь ехать верхом и не собирались), но кони должны были осилить дальний переход с тяжелым грузом, при том, что передышек на отдых в течение дня не будет точно.

Так Хаг и мой приемник собирались пройти вместе с людьми примерно треть пути, а затем, свернув с Тракта продвигаться лесными тропами к высокогорью, а там уже к бывшим гномьем копям.

35.

После ухода большого обоза с золотом в обязанностях наших особо ничего не изменилось. Я и мои родичи все так же сопровождали князя Лаона повсюду. Впрочем, это "всюду" было в основном в прилегающих к Нагарату лесах. Он самозабвенно придавался охоте. Да и Ракса всенепременно составляла ему компанию, похоже, что высокородная леди тоже любила это занятие.

Ну а охоту человеческий правитель чередовал с муштрой гарнизона. Резонно полагая, что солдатам не следует расслабляться, ведь мы-то были на вражеской территории, и армии темных понадобиться совсем немного времени, что бы преодолеть расстояние, разделяющее два города.