Химера воспитания
Шрифт:
Вывод второй: поскольку каждая Идеология есть абсолютизация, и – как следствие – абсурдизация той или иной идеи, постольку любая Идеология есть дегенерация Разума.
Никто из людей не является Носителем и Выразителем Абсолютной Истины в Конечной Инстанции.
Поскольку постичь ЕЕ – значит найти последний ответ на последнее «ПОЧЕМУ?».
Такое не под силу никому из людей.
Соответственно, никто
Вывод третий: на функционирующем сегодня конвейере идеологического одегенерачивания Разума каждой аллегорической твари отводится своя, вполне определенная функция: Химера Воспитания поставляет человеческие заготовки (на языке технарей заготовки называют, обычно, чушками или болванками);Скунс Пропаганды отштамповывает из них деталюхи, а Хорек Агитации отправляет (или, все-таки, посылает?) их по назначению.
Определяемому Горгоной Идеологии.
Как видим, все твари – «при деле».
Только вот дело ли это – делать такое дело?
А «что делать?», – так и напрашивается извечный сакраментальный вопрос метущегося Разума.
А – вот что.
Для начала – показать всему честн'oму народу «кто есть ху» (этот лингвистический перл заимствован из ответов М. С. Горбачева на его пресс-конференции 22 августа 1991 года): кто есть Химера Воспитания, кто – Скунс Пропаганды, кто – Хорек Агитации, а кто – Горгона Идеологии.
Каждого из них показать в готовом «платье голого короля».
Пусть народ знает своих «героев» не только в лицо.
Тех, кто его наставляет, направляет и посылает.
Для продолжения – дать спокойно умереть тварям, несущим Разуму омертвение: убивающим все разумное, гангреноносным Скунсу Пропаганды и Хорьку Агитации, как, собственно, и их ближайшей родственнице по духу – Химере Воспитания и их сюзеренше – Горгоне Идеологии место на погосте.
Для промежуточного завершения же процесса отвечания на вопрос:
«А что делать?», – представляется уместным предоставить широкой публике весь сонм родственников Химеры Воспитания.
Достаточно тесно связанных с ней генеалогически либо этимологически, но далеко не всегда и совершенно не обязательно родственных ей по духу.
Ведь от них, а не от Химеры Воспитания – зависит будущее Человека Разумного.
Речь идет о Ласточке Научения (learning), Дятле Обучения (training), СветлячкеПросвещения (education, enlightenment, illumination) и, наконец, о Сове Образования (education, formation, forming, generation, schooling, background).
Ими
и займемся.Прямо сейчас.
Глава XIII
«Other relatives Chimeras of Education» – «Другие родственники Химеры Воспитания»
«Если бы каждый из них отвечал за действия всех своих родственников, то горе было бы им всем».
Родственников не выбирают.
Они – данность.
Уж, какая есть.
У Химеры Воспитания наличествует масса родственников.
Разных.
Отличающихся не только друг от друга, но и от самих себя в разных своих ипостасях.
Ближайшие родственники Химеры Воспитания – Скунс Пропаганды и ХорекАгитации были нами уже представлены.
В предыдущей главе.
Осталось познакомиться с остальными.
Начиная с самых незатейливых и незамысловатых.
Следуя сему принципу, первым рассмотрим Научение (learning).
Оно есть путь приобщения.
К установленным или установившимся правилам.
Касающимся чего угодно.
Например, поведения в обществе.
Вспомним, в частности, почти сакраментальное:
Вот это стул —На нем сидят.Вот это стол —За ним едят.Свинья:
Вот это стол —На нем сидят.Коза:
Вот это стул —Его едят.(С. Я. Маршак «Кошкин дом»).
Поскольку научением предполагается лишь внимание (от слова «внимать») к получаемой информации, но никак не императивное требование немедленно и неукоснительно исполнять повеления, постольку ментальное родство ЛасточкиНаучения с Химерой Воспитания хотя и существует, но по существу оно – весьма отдаленное.
Если Химера Воспитания действует с постоянной оглядкой на Гарпию Идеологии, неукоснительно следуя ее догматам, то Ласточка Научения опирается исключительно на опыт.
Ведь «Опыт», – по словам Олдоса Леонарда Хаксли, – «это не то, что случается с человеком, а то, что человек делает, когда с ним что-то случается» (см. его «Вечную философию»).
Принимать во внимание «опыт – сын ошибок трудных» (см.: Пушкин А. С. «О, сколько нам открытий чудных…»): как свой, так и – даже предпочтительно – чужой, воплощенный в определенные правила, есть целью и комплексной задачей того, что называется научением.
Им – в отличие от Поучения – научающемуся предоставляется свобода действовать сообразно своим умопредставлениям, держа, однако, в уме и установленные и установившиеся правила, и накопленный и воплощенный в них опыт.
Поучением же – в отличие от научения – такая свобода даже не декларируется, а, наоборот, императивно повелевается неукоснительно и беспрекословно соблюдать и выполнять все установленные правила.