Гром гремит дважды
Шрифт:
– Идём, – сказал Джиану я.
Надеюсь, мне действительно приготовили что-то менее банальное, чем «отсоси, а то зарежем». Впрочем, при таком количестве доступных девчонок – вряд ли тут подобное вообще в ходу.
– Сюда, – сказал Джиан. И устремился к самой дальней двери.
По моим прикидкам, она должна была вести в угловую комнату. Так и оказалось – когда Джиан открыл дверь, я увидел четыре окна, по два на каждой из стен, образующих угол.
В комнате горел свет – не белые люминесцентные трубки под потолком, как в нашей с Тао, а красивые светильники, стилизованные под старину. Пол устилал ковёр. Главным украшением комнаты служил
Диванов было два, они стояли углом, вдоль стен с окнами. На низком столике возле дивана я увидел набор для чайной церемонии, однако пахло в комнате не чаем. Пахло едой – не местной, столовской, а той, которую продают в фастфудах в городе. Я увидел на столе яркие картонные коробки – пару запечатанных, пару открытых, с торчащими из них палочками. Невольно сглотнул слюну – снова дико захотелось жрать. А запах алкоголя почудился, ещё когда я шёл сюда вслед за Джианом. Сейчас запах стал отчётливее. Но источник я не определил – по крайней мере, пока.
– У нас гость, – объявил Джиан, войдя вместе со мной в комнату. – Его зовут Лей.
Я неторопливо, не скрывая интереса, огляделся.
Вряд ли кто-то из борцов живёт в этой комнате. Видимо, это какое-то специальное общее помещение.
– Иди сюда, Лей, – позвал борец, сидящий на диване. Он был одет в сине-зелёное шёлковое ифу, с которым гармонировал зелёный пояс. Волосы на висках выбриты; те, что не выбриты, собраны в хвост. Кажется, я видел этого парня в столовой. А может, не его, а другого в таком же ифу – запоминанием лиц пока не утруждался. – Меня зовут Бохай.
Я подошёл к дивану.
– Пива? – предложил Бохай. И нырнул рукой под стол.
Пивную бутылку, которую он извлёк оттуда, я не опознал – никогда раньше таких не видел, хотя отчего-то был уверен, что опознаю. Тем не менее кивнул:
– Можно.
Бохай взял из стопки на столе картонный стаканчик – такой же, как те, в которых раздавали таблетки, меня едва не передёрнуло, – и налил в него пива. Протянул мне:
– Добро пожаловать в школу Цюань!
Я взял стакан. Спросил:
– А сам? Не пьёшь?
Вместо ответа Бохай сунул под стол бутылку и вытащил из-под стола ещё один картонный стакан – частично наполненный. Постучал его дном по столу:
– Ганьбэй?
– Ганьбэй, – согласился я.
И опрокинул в себя пиво – до дна, как предложил Бохай.
Пиво как пиво, обычное китайское. Слабенькое. Но никакой дряни вроде не намешано.
– Присаживайся, – предложил Бохай, указывая на диван рядом с собой.
Я сел. С другой стороны к столу подсел Джиан, рядом с девчонкой в красном. Слил со стоящих на подносе чашек воду, заново наполнил их кипятком. Небрежно обронил:
– Скучно. Сыграем?
Вот оно что.
Я оглянулся на игроков в маджонг – они азартно переругивались. Заканчивать игру, судя по всему, не собирались.
– Здесь же один стол?
– Верно, – кивнул Бохай, – один, и он занят. Можно в карты, – и у него в руках неизвестно откуда появилась колода.
Что ж, теперь по крайней мере ясно, для чего меня позвали.
Схема проста: главная ценность школы Цюань – таблетки. За воротами школы они, теперь уж несомненно, тоже представляют какую-то ценность. И текут отсюда полноводной рекой – в обмен на вкусную еду, пиво и не
знаю, что уж там ещё. Понятно, что на вершине таблеточной пирамиды – борцы. И ясно теперь, как обзавёлся долгами Тао. Точно так же, как меня, пригласили, угостили, а уж вдвоём обыграть в карты третьего – детская забава. Развод настолько простой, что аж скучно стало, я с трудом подавил желание зевнуть.А Тао – ох, и дурак! Хотя наверняка не он один, тут небось полшколы таких должников.
– Я бы лучше поел, чем играть, – честно сказал я Бохаю. – Налили – так хоть закусить дайте.
Бохай гоготнул:
– Не вопрос. Можно сыграть на еду. – Придвинул ко мне сразу два запечатанных контейнера: – Моя ставка. Против твоей таблетки. Идёт?
– Нет.
– Почему?
– У меня нет таблетки.
Бохай добродушно развёл руками:
– Ну, завтра принесёшь, мы ж не звери. Завтра тебе таблетки по-любому дадут, целых две. А если выиграешь, то и таблетку отдавать не надо будет, и наешься от пуза.
– Выиграет. Новичкам везёт, – поддакнул Джиан. И протянул мне колоду: – Снимай.
– Не буду.
Взгляд Бохая мгновенно потяжелел:
– Почему?
– Не умею.
Парни переглянулись.
– Врёшь, – припечатал Джиан. – Зассал, что проиграешь, так и скажи! А ещё в борцы выбиться собрался.
– С чего ты взял, что я собрался?
– Скажешь, нет? – усмехнулся Джиан. – Каждый в школе Цюань мечтает стать борцом, хоть дружка своего спроси.
– Тао?
– А ты уже другими обзавёлся?
Я промолчал.
– Дружок-то твой – кретин кретином, а фишку просёк, – продолжил Джиан. – Не сам, конечно, подсказали.
– Можем и тебе подсказать, – вклинился Бохай, – если ерепениться не будешь. Ты, вроде, парень что надо… Играем?
– Нет, – отрезал я.
Бохай прищурился. Оглядел меня с головы до ног. Не знаю, кому подражал – но я от этого взгляда, вероятно, должен был забиться в покаянной истерике.
Что ж, жаль разочаровывать, но уступать я не намерен. И если Бохай не совсем дурак, он это поймёт.
Бохай оказался не дурак. Помедлив, процедил:
– Тогда пошёл вон отсюда.
А в следующую секунду мне в лицо полетела чашка с кипятком.
Делать выводы Бохай действительно умел. Жаль, что неправильные.
Кипяток, конечно, успел немного остыть… Но, в общем, хорошо, что чашка не долетела. Моя рука действовала как будто отдельно от меня – метнулась вверх и поймала чашку на лету. А вскочил я раньше, чем поймал чашку. Швырнул её, целясь Бохаю в глаз.
Девчонки запищали. Я следил за Джианом – кипяток плеснул на него, он едва успел увернуться, и благодаря этому я выиграл пару лишних мгновений. Бросился к выходу. Второго шанса не драться одному против шестерых мне, скорее всего не предоставят.
– Ублюдок! – взревел Бохай.
Я услышал это, когда уже нёсся по коридору. А через секунду, не оборачиваясь, понял, что меня догоняют.
Ещё через секунду понял, что, как бы ни старался, догонят – тело у меня настолько тщедушное, что сам себе противен. А борцов и кормят на убой, и пожилой длинноволосый с палкой вряд ли зря свой хлеб ест. Благо хоть, судя по топоту, вдогонку бросился кто-то один.
Я бежал быстро, как мог. До нашей с Тао двери оставалось несчастных метров пять, когда меня с силой толкнули в спину. К этому я был готов и, упав, тут же ушёл перекатом в сторону. Сработало – Джиан растянулся на полу на том месте, где по его расчётам должен был оказаться я.