Чтение онлайн

— Мне пора уходить, — сказала Ари.

— Что? — Марк дернулся — он едва расслышал ее. — Как это?

— Теперь моя жизнь отдана тебе, разве ты не понял? Меня больше ничего не держит.

— То есть как? — Марк перевел взгляд на лилии. — То есть ты… Значит, мы не увидимся больше? Это все?

Ари кивнула.

— Прости.

Он запрокинул голову и вздохнул.

— Потерять тебя один раз уже было тяжело. Почему я должен испытывать это снова? Почему нельзя иначе?

— Прости, — на щеках Ари тонкой паутинкой блеснули слезы, похожие на росу. — Прости. Я бы все равно не смогла

вернуться. Это мой шанс отдать тебе долг…

— Какой еще долг? Мне нужна сестра, а не долги, как ты не поймешь?

— Это ты еще не понял, глупый брат, — она улыбнулась. — Я была хранителем мертвой Тремолы, а ты станешь хранителем живой.

— Шутишь, что ли? Наш отец…

— Больше не способен занимать пост мэра — это все знают. Ты должен занять его место.

— Но я же… — Марк замялся. — Бастард.

— Разве это имеет значение? — Ари потянулась и поцеловала брата в щеку. — Я очень люблю тебя, братец. Постарайся, чтобы мой подарок не пропал даром, хорошо?

— Да, — кивнул он. Не успел он опомниться, как тень пропала, а вместе с ней растворилась и Ари.

— Марк! — позвала его Клаудия. — Ты где?

— Я здесь! — отозвался он, выходя к ней. В ярком свете ее темные волосы отливали рыжиной, а глаза становились медовыми. Серебристый отблеск ложился на тонкое лицо лучше всяких белил, а губы еще алели после поцелуев. Марк смотрел на нее и думал, что прекраснее этой девушки нет никого в целом мире.

— Клод и Абрам пошли в поместье, — сказала она. — Идем?

— Нет. Мы пойдем гулять.

Разделяя два берега, прямо посередине города мирно катила свои волны река. Вода мягко переливалась в лучах утреннего солнца, легкий ветер гнал небольшие волны и слабый запах сырости. Две фигуры не спеша шли по заросшему осокой берегу вслед за душами, которые уносили к небу чистые воды Морилама.

Колокольчик жалобно тренькнул, дернулся и замолк. В магазин ввалились парень и девушка, каждый тащил за собой по чемодану. Они были похожи друг на друга, как отражения: тяжелые темные волосы, огромные глаза и бледная кожа. Закрыв за собой дверь, они бросили чемоданы на пол и осмотрелись.

В цветочном магазине было очень тихо. Сквозь стеклянную половину крыши лился яркий свет, заливающий ровно половину помещения. По границе между светом и полутьмой тянулись побеги каких-то ползучих растений, а чуть дальше мерцали серебристые лепестки лилий. Посетители же стояли в окружении вазонов с пионами, розами и гиацинтами, от разнообразия которых кружилась голова.

— Я знаю, он точно здесь, — сказала девушка и попыталась протиснуться мимо кадки с пальмой высотой в человеческий рост. — Наверняка в кабинете своем задремал…

Кадка покачнулась, но устояла, зато вместо нее на пол посыпались небольшие горшки с фиалками, спрятавшимися в тени кактусов. Она попыталась подхватить их, но зацепила еще и вазу с розами, которая разлетелась вдребезги, смешав землю на полу в жидкую грязь.

— Кто здесь? — донесся до них хриплый голос из нутра лавки.

— Это я, Абрам! — радостно крикнула девушка. — Клаудия!

— Клая! — секунду спустя на фоне растений проступил грузный силуэт

старика. Несмотря на комплекцию, он ловко лавировал в плотно заставленном магазине, не задев ни одного горшка или вазона. Абрам сиял улыбкой, раскинув руки в приветственном объятии.

— Мы зашли попрощаться, — робко кашлянул парень, подождав, пока объятия закончатся. — Мы очень благодарны Вам.

— Да будет тебе, Клод, — махнул рукой старик. — Мы же почти семья. Далеко собрались?

— Хотим наведаться в Анрис, — ответила девушка, усаживаясь на маленький складной стульчик. — Пора мне повидаться с отцом.

— А это не опасно? — насупился Абрам, покосившись на Клода.

— Дик обещал помочь, — ответил тот. — Он тоже хочет заехать к отцу по делам.

— Тогда можно не переживать, — старик благодушно улыбнулся и опустился в красное плюшевое кресло, которое до этого никто не замечал. — Желаю вам доброй дороги. Как, кстати, с транспортом?

— Мы раздобыли лошадей, — улыбнулся Клод. — Я нашел Бусинку, а для Клаи нашлась совсем молодая кобылка. Марку бы понравилась.

— Где он, кстати? — Клая вытянула шею, высматривая в тени магазина знакомую фигуру.

— Марка тут нет, — отозвался Абрам. — У него в последнее время много дел, Вы должны бы быть в курсе.

— Ну да, выборы только что закончились, — протянул Клод, задирая голову к потолку.

Клаудия выглядела поникшей и расстроенной.

— Да, он очень занят, — эхом отозвалась она.

— Зато девочкам очень нравится новый дом, — поспешил сменить тему Абрам, чтобы скрасить грусть девушки. — У Мари даже кавалер появился. Только она все равно не хочет мне ничего рассказывать…

— Потому что это бессмысленно, — пожал плечами парень и рассмеялся. Сестра засмеялась вместе с ним.

Старик улыбнулся.

— Дяденька Клод! — раздался пронзительный детский крик. В глубине магазины что-то глухо упало, стукнуло, и по дощатому полу пронесся дробный топот. На шею Клоду бросилась худенькая долговязая девочка. — Дяденька Клод, ты пришел!

— Люси! — радостно отозвался Клод, подхватывая девочку и кружа в объятии. — Ты так выросла!

— Дяденька Клод, ты уезжаешь? — насупилась она, уставившись на два чемодана, стоило Клоду ее отпустить. — Опять? Вы только и делаете, что катаетесь по городам! совсем не бываете дома!

Она негодующе топнула ножкой. Абрам умильно заулыбался.

— Люси, ты же знаешь, что Клаудии надо учиться…

— Но почему бы ей не поучиться тут, у тебя? Ты же столько всего знаешь!

— Она уже училась у меня, — ответил старик. — И весьма неплохо. Теперь ей нужно искать свой путь.

— Ну и пусть ищет, а дяденька Клод побыл бы с нами! А то Мари выйдет замуж за другого! — выпалила она и тут же густо покраснела. — Ой! То есть…

— Как? Мари выходит замуж? — встрепенулась Клаудия. — За того самого ухажера?

— Ну, это еще не точно, — замялась девочка. — Она просила пока не говорить…

— Так мы и в самом деле все пропустим, — покачал головой Клод и подмигнул сестре. Затем опустился на колени перед Люси и обнял ее за плечи. — Люси, нам нужно съездить в одно место, но мы обязательно вернемся и пробудем в Тремоле столько, что ты сама попросишь нас уехать.