Чтение онлайн

— Я подожду обычный, — сказал он, протягивая руку на прощание.

Питер не стал спорить. Он пожал агенту руку и проговорил:

— Надо положить этому конец.

— Позвони мне утром, — ответил Майк. — Обещаю, мы этим займемся. Я уже сталкивался с подобным — и успешно решал проблемы.

Обычный поезд подошел с другой стороны платформы. Застыв на месте, Питер смотрел, как Майк направился к вагону; агент вдруг обернулся, вспомнив:

— И принеси мне настоящий экземпляр романа. Я жду не дождусь, когда смогу наконец прочитать. — Он вошел в вагон поезда.

— Обязательно, —

обещал Питер, затем решительно повернулся и ринулся в дверь экспресса.

Здесь было почище.

Или, быть может, грязь не задерживалась из-за скорости поезда.

Питер уселся, глядя прямо перед собой в окно вагона. Затем прочитал рекламные объявления. Они были те же, что и в обычных поездах: дерматолог обещал гладкую, без единой морщинки, кожу; туалетное мыло пугало микробами, которые вездесущи; обращение «Будьте взаимно вежливы» просило пассажиров уступать места беременным женщинам, инвалидам и старикам.

Экспресс отошел от станции первым; приятный женский голос сообщил, что это поезд номер четыре южного направления, следующая остановка — «Гранд-Сентрал». Однако экспресс двигался куда медленней, чем ожидал Питер. Настолько, что обычный поезд догнал его и пошел вровень.

Питеру превосходно был виден вагон, где сидел Майк. Литературный агент, как и все, невидящим взглядом смотрел прямо перед собой. Взгляд, которым смотрят в метро. Взгляд, который спасает вам жизнь.

Неожиданно Майк расплылся в улыбке, на лице появилось удивленное выражение. Он повернулся, разговаривая с кем-то, кого Питеру было не видать, — его закрывал пассажир, который стоял в проходе и изучал карту подземки.

Питер подвинулся вправо и влево, пытаясь рассмотреть, с кем же там Майк общается. Однако он так и не смог ничего увидеть, пока пассажир, изучавший карту, не отошел.

И тогда Питер понял, что Майку недолго осталось улыбаться.

Он глядел в вагон другого поезда так, будто сцена, которую он видел, не могла быть реальной. Как будто Питер сам ее придумал, спьяну записал, а затем стер с диска. Или словно то была вырезанная либо потерянная глава из романа, который ему, к счастью, никогда не придется писать.

Они были точно влюбленные в баре. Невооруженным глазом было видно, как они увлечены, как их тянет друг к дружке. Ее голова чуть опущена, она глядит снизу вверх; Майк с нежностью поглаживает ее по волосам; оба то преувеличенно смеются, то улыбаются. Настолько поглощены друг другом, что решительно не замечают ничего кругом. Ну как так можно?

Питер встал и шагнул к противоположному окну, прижался к стеклу ладонями. Крикнул:

— Это она!

Поезда слишком сильно шумели, стекла были слишком толстые — Майк не услышал.

Люди в вагоне подались от Питера прочь — кто переместился на сиденье, кто встал и перешел в другой конец вагона. Однако они и не подумали смотреть мимо. Питер не замечал чужих взглядов — ему было не до того.

Он стучал кулаками в окно, пытаясь

привлечь внимание Майка. Безнадежно — агент весь ушел в свой собственный маленький мир.

Питер выхватил телефон.

Нет сигнала.

Снова заколотил по стеклу в надежде, что сумеет предупредить друга.

Что Майк, быть может, все-таки его увидит.

Однако экспресс начал набирать скорость.

Питер побежал в конец вагона, расталкивая пассажиров, которые не успевали посторониться.

В соседний вагон.

Слишком медленно.

Экспресс разгонялся и опережал другой поезд.

Последний рывок.

Последний удар по стеклу.

— Майк! — закричал Питер. — Это Дина!

Поезд остановился на станции «Вокзал „Гранд-Сентрал“».

У Питера был выбор: бежать бегом или дожидаться обычного поезда.

Ресторан находился на Пятьдесят Второй стрит.

Питер поглядел: ни сигнального огня, ни надписи, ни голоса, который бы сообщил, что поезд номер шесть прибывает на станцию.

Ни-че-го.

Пешком он доберется быстрее.

Несомненно.

Если только не умрет по пути.

— Говорит Майк Левин. Я не могу подойти к телефону, поэтому оставьте свое сообщение.

Рванув дверь, выбегая со станции на улицу, Питер закричал в трубку:

— Майк, девушка в вагоне! Это она! Та, о которой я тебе говорил!

Он начал замечать на бегу, как люди на него смотрят. С испугом, с тревогой, они раздавались перед ним, прятались, как будто он был заразен. Смертельно опасный вирус. Неужто он — человек, который уже не жив, чья жизнь порушена его собственной несдержанностью, мыслями, которые нельзя было допускать в голову?

Неужели что-нибудь этого стоит: слава, свобода, чувство освобождения? Женщина?

«Надо, надо было ее убить, когда была возможность», — думал Питер и бежал со всех ног в надежде успеть, спасти Майку жизнь.

Он не был соответствующе одет. Не похож на богатого зануду, который готовится заплатить кучу денег за обед вдвоем.

Штаны цвета хаки, футболка да курточка с капюшоном, надетая для тепла. Все это старое, поношенное. Уж никак не костюм для дорогого ресторана.

Пожалуй, Питер выглядит так, словно явился грабить богатых клиентов. Запыхавшийся, красный, да и когда он последний раз брился для Джулианны?

Метрдотель ресторана «Четыре времени года» поглядел на него с неприязнью.

— Могу ли я чем-нибудь помочь, сэр? — осведомился он.

Единственный ответ, который пришелся бы метрдотелю по душе, был бы «Нет, благодарю» — и немедленный уход неудобного посетителя.

Питер попытался осмотреть главный зал. Только бы их увидеть, увидеть Дину. Он убьет ее прямо здесь, если придется.

— Мне нужно поговорить с Майком Левиным, — объяснил он. — По неотложному делу.

Метрдотель выглядел смущенным. Казалось, он всю свою жизнь тренировался вызывать на лице это выражение.