Чтение онлайн

— Полагаю с моей стороны будет невежливо прибывать в своём втором облике, раз ты уже всё знаешь.

— Работа у меня такая. Всё знать и обо всех.

Шепард снял и отбросил в сторону шлем правой рукой. В левой у него по прежнему была коса. Яг как-то странно посмотрел на этот артефакт.

— Мне всегда касалось, что ты честный поединщик. Пришёл меня убивать?

Яг встал из-за стола. Теперь было видно, что на нём блестящая словно обсидиан чёрная броня. Восьмиглазый всё это время спокойно сидел в кабинете и ждал достойного противника. Осознание этого резануло Шепарда, и он развеял косу, отправляя её в пространственный

карман. Вместо этого в руку скользнул цилиндр меча.

— Двойной? Ты полон сюрпризов, Магистр.

— Я как посмотрю, то ты тоже умеешь приятно удивить.

В руках яг держал два более коротких цилиндра.

— Даже не буду спрашивать как подобный артефакт попал в твои руки, Лорд Певерелл.

— Ты бы сам представился. Серый Посредник, да Серый Посредник. Я так и быть тебе отстрою достойную гробницу. С тобой было интересно.

Яг принял надменную позу, видимо пытаясь давить пафосом.

— Лорд Аран-Ранэ.

— Лорд Хорус Певерелл.

Они кинулись друг на друга, активируя плазменные лезвия. Два красных у Певерелла, красное и фиолетовое у Аран-Ранэ. Битва не стихала ни секунды. Яг и без того был сильным противником, но похоже конкретно этот использовал какие-то техники усиления себя любимого, что превращало его в настоящую машину смерти. Лезвия с силой сталкивались и расходились прочь. Удары, атаки, защиты и увёртки.

Лорд Певерелл бился с достойным противником. Это тебе не Инкогнито, который наносил удары из тени, оставаясь невидимым вплоть до последней битвы. Серый Посредник играл с ним достойно, предложив войну организаций. И вот теперь долгая шахматная партия подошла к логическому завершению.

Здесь и сейчас бились гроссмейстеры, используя лишь собственные тела и плазменные мечи. Дуэль не на жизнь, а на смерть. И вдвойне приятно, что поединок этот был честным. Поймав яга в ловушку, архимаг провёл вихревую атаку, мощными ударами отводя клинки противника в сторону. Одно из красных лезвий погасло лишь на секунду, чтобы человеку хватило манёвра кинуться в объятия яга, вонзая вновь загорающийся клинок, пробивший шею противника красным лезвием.

Все восемь глаз яга сошлись на двух глазах человека. В предсмертной агонии противника Лорд Певерелл увидел личность того, кто отточил инстинкты ягов, превратив их в то, что они собой представляют. Фигура разумного в маске, парящая в воздухе перед протеанским маяком. Мощная атака в угасающий разум вытащила всё, что знал яг, оставляя архимага над телом сокрушённого противника.

Элдария Тевуры Шаира Д'рангатос прекрасно помнила своё детство. Она была непоседой, и многочисленным прислужницам главного храма всегда было нелегко за ней угнаться. Да и пропадала она порой в растительном буйстве парка. И дочка упорно пошла в мать этой своей чертой, умея скрываться от взгляда на самом видном месте.

Всё это немного беспокоило элдарию, но не настолько, чтобы придавать этому значение. Гораздо больше беспокоил отказ дочери откликаться на имя, которое ей дал круг высших жриц. Едва дочка смогла внятно выражать свои просьбы, как выдала удивлённой матери, что будет отзываться на имя Моргана.

Уже случилась пара неприятных инцидентов, когда дочь силой воли изменила цвет кожи некоторым старшим жрицам, которые попытались надавить на неё своим авторитетом. Когда Моргана

пугалась или испытывала сильные негативные эмоции, то горе было тому, кто их вызвал у маленькой наследницы Шаиры. Так что теперь пара элдарий других Богинь теперь вынуждена ходить, скрывая свой ярко-бирюзовый цвет кожи в чёрную полоску.

У дочки же довольно странный узор, складывающийся в непонятные символы по всему телу. Шаира не думала, что у её наследницы будет столько узоров. И это была не единственная странность дочки наряду с магическим даром. Моргана быстро выучила, что остальные жрицы её опасаются и теперь вовсю пользовалась этим, если ей было нужно.

Вместе с тем дочка росла со всеми добродетелями Тевуры, присущими ей словно от рождения. Обычно наследница не покидала пределов внутреннего храма, но иногда убегала гулять по помещениям для приёма посетителей. По планете уже пошли слухи о маленьком синем ангеле, что способен разогнать печали и тоску лишь одним прикосновением своей ладошки.

Посещаемость храма возросла в разы. Благочестивых паломниц стало гораздо больше. Каждый из них надеялся на маленькое чудо. Когда Шаира спросила об этом у дочери, то её малышка ей ответила так, что сама элдария долго пребывала в ступоре.

— Это потому что те азари за своими чувствами не видели самой проблемы.

— И ты им помогла?

— Да, мамочка. Потушила их страдания. И они смогли увидеть свои проблемы.

— Ты у меня умница, Моргана.

— Спасибо, мамочка. Я у тебя учусь.

Дочка так наивно и по-детски обнимала её, что в груди у Шаиры появлялось такое щемящее чувство радости и счастья, распирающие её, что она шла выполнять свои обязанности с лёгким сердцем. Тяжёлое бремя высшей жрицы Тевуры с появлением дочки не казалось теперь Шаире таким камнем на шее.

— Мама, я что ты делаешь?

Шаира подпрыгнула на стуле, так как Моргана обладала и весьма странной манерой появляться без предупреждения. Дочка смотрела на неё своим вечно любопытным взглядом снизу вверх.

— Ох, милая, ты меня напугала.

Моргана с детсткой непосредственностью заявила матери, что не хотела, и вообще прижалась к ней, требуя взять себя на ручки.

— Так что ты пишешь?

— Письмо твоему папе. Он у тебя герой.

Шаира наблюдала, как лицо дочери разгладилось в простой, но гордой констатации факта.

— Я знаю, что папа герой. Мне Нелина рассказала.

— Ты опять её мучила своими расспросами?

Моргана надула щечки.

— А чего она завела «не знаю». Знает же прекрасно. Но молчит себе, голубая рыбка. Ну я её и разговорила чуть-чуть. Надо же отвечать, когда ребёнок спрашивает. Она думала, что от меня можно сбежать, а от меня ведь не уйдёшь.

— Это уж точно, доченька. Но ты береги её, она мой самый верный помощник.

Шаира не могла сдержать улыбки, смотря на то, как дочка изображает серьёзность.

— А теперь давай писать письмо вместе. Что там у нас обычно пишут в письмах к отцам.

Шаира сперва хотела скрыть от дочери свои переживания, но сделать это оказалось не так-то просто. Да и сама элдария махнула рукой на всё, пытаясь рассказать дочке свои переживания.

— Так если ты боишься за папу, то пиши ему, чтобы всех вокруг себя проверил и был уверен в них. Героя должна окружать свита верных соратников. Так в сказках говориться. Раз так, то зачем что-то выдумывать? Пиши давай.