Двери миров
Шрифт:
– Помоги мне перетащить все это в дом. Но учти – все мое! Попробуешь стащить, я за себя не ручаюсь! Забуду, что мы когда-то были друзьями, - произнес Гек.
– Эй, что с тобой? Ты заболел? – отрывисто произнес Фобло и, если бы он умел морщиться, то обязательно сделал бы это.
– Я что тебе сказал! – крикнул Гек, трясясь от жадности, и ударил кулаком по земле. И тут ему в руку своими клешнями вцепился проползавший мимо муравей.
– А-а-а! – взвыл Генка, хватаясь за укушенную руку.
– Генка, что с тобой? Ты не умер?! Я сейчас проглочу
– Причем тут насекомое?! Что ты тут делаешь, когда ты должен быть вместе с Кармен?! – грозно осведомился Генка и тут же ахнул. – Кармен?! Глупое создание! Ты оставил ее одну, в лесу, совсем одну, в лесу… Я это уже говорил…
Гек хлопнул себя по лбу.
– Да, что-то ты тормозишь, - согласился Фобло-Боу.
– Это последствия золотой лихорадки. Что-то голова заболела. Да! Кармен! Бежим скорее! Где ты ее оставил?!
– Там же, где и ты. На поляне.
– Давай, лети, поищи ее сверху. А я побегу. А к вам я еще вернусь, - Генка погрозил муравейнику пальцем и исчез в кустах.
Он продрался через заросли, отмахиваясь от острых веток, и выпрыгнул на поляну. Но Кармен на поляне не было. Генку ждала лишь молчаливая пустота.
Мальчик бросился в панику. Он обежал все знакомые ему в лесу места, не переставая звать исчезнувшую Кармен, побывал у речки, заглянул в колодец. Но долгие поиски ни к чему не привели.
– Фоб! Фобло! – закричал Генка во все горло.
Крылан прилетел на голос и сообщил о том, что не нашел никого похожего на «маленькую девочку в оборванных штанах, затянутых на поясе ремешком, и в толстовке с капюшоном, которая ей велика».
– Хорошо, хорошо, я все понял, - оборвал его Генка. – Пойдем. Надо рассказать остальным.
Двое разинь, Гек и Фобло, спотыкаясь и подпихивая друг друга, вышли из леса. Они остановились перед пекущей картошку Мариной и начали переминаться с ноги на ногу.
– Что случилось? – насторожилась Марина, еще не совсем понимая, что произошло, но уже подозревая что-то нехорошее.
Генка, искривив ногу, стоял с ужасно глупой физиономией, виновато лыбясь, подняв одну бровь и сложив за спиной ручки. Он, как нашкодивший ребенок, представший перед родителями, боялся реакции, которая неминуемо должна была теперь последовать.
Фобло предстал перед Мариной в не менее комичном виде. Он скрестил руки перед собой, оттопырив большие пальчики, и мялся на месте, наступив пальцем одной лапы на другую.
– Где Кармен?! – в ужасе воскликнула Марина, и виноватые вздрогнули.
– Не знаю, - тихо пробормотал Генка.
– Как вы могли ее потерять?! – бушевала Марина. – Невероятно! Это уму непостижимо! Какие же вы безответственные!
Генка пожал плечами. Ему не хотелось уведомлять Марину о своей минутной слабости, которая привела в итоге к трагедии.
– Я так и знала, что вам нельзя ничего доверить! Особенно тебе, Генка! – возмущенно проговорила Марина.
– Знала и не сказала, - промямлил Гек.
– Я почти не знаю вашу Кармен, но волнуюсь
за нее, наверно, больше, чем вы. Побежали скорее ее искать! Чего мы ждем-то?! Уже смеркается! – поднялся с места Пино, отправляя в рот очередную порцию свежевыкопанных скользких червей.Друзья рассредоточились по лесу и начали поиски. Полчаса спустя они снова встретились на опушке, так никого и не обнаружив, и вдруг заметили, что вдалеке что-то голубеет. Ребята сразу же кинулись к тому месту. По мере приближения стало понятно, что это были обрезанные джинсы Кармен, рядом с которыми лежала Генкина толстовка.
– Боюсь, что уже поздно, - с отчаянием в голосе произнесла Марина и приподняла край одежды.
Под ним торчали маленькие ножки. Марина вытащила из толстовки грудного младенца и взяла на руки. Ребенок зашевелился. Девушка вздохнула с облегчением.
– Какие же вы, человеки, все-таки лысые, - высказал свое мнение Пино. – особенно, когда без одежды.
– Тебя бы самого стояло выбрить! – замахнулся на него Генка.
Марина завернула Кармен в Генкину толстовку, а тот поднял с земли обрезанные брюки, забрал свой ремень и сказал:
– Давно хотел себе джинсовые шорты. Ей-то они теперь больше не понадобятся.
– А у тебя разве ж нет? – осведомился Фобло.
– Есть, но синие. А я хотел голубые. Теперь ясно? – с вызовом посмотрел на него Гек.
– Разве вас, людей, поймешь? – пожал плечами Фобло.
Вернувшись домой, Марина села на кровать, держа на руках Кармен. Она была немного растеряна.
– Даже и не знаю, как обращаться с детьми. Опыта-то у меня нет, - призналась она.
– Как нет? А мы? – заметил крылан.
– Материнский инстинкт подскажет, - со знанием дела заявил Гек.
– Что-то пока он мне ничего не говорит, - сказала Марина.
– А он у тебя, наверно, онемел, - Генка даже засмеялся, так ему понравилась его собственная шутка.
– А твой-то, что, больно разговорчивый? – поддела его Марина.
– А я не собираюсь становиться матерью, - парировал Генка.
– Ладно, если серьезно, то я думаю, что Кармен хочет есть, - произнес липип. – Я тут знаю одну человечью деревеньку. Думаю, там можно позаимствовать молока.
– То есть украсть? – осведомился Генка.
– А это как повезет, - ответил Пино.
– Умное решение, - похвалил Фобло. – Значит, еда у ребенка будет!
– Отлично! – обрадовался Гек, и они с Пино хлопнули друг друга по ладошам.
21.НЕЗАДАЧЛИВЫЕ НЯНЬКИ
Минут через тридцать все трое были уже в той самой деревеньке. Марина, разумеется, осталась вместе с Кармен дома. Действительно, не бросать же ребенка одного?
– Давайте, пошарьте по домам. Сейчас там еще никого нет. Одни на выпасе скота, другие на сельхозработах. А ребятня гуляет да хороводы водит. Они все очень поздно домой возвращаются, - распорядился Пино.