Древние тени
Шрифт:
– А вот и первый участник воздушного представления, – воскликнула Железная Орхидея, подняв глаза к небу.
– Пелвым был я, – обиженно сказал сладкое Мускатное Око. – Плосто мои бабочки улетели.
Дафниш подняла голову. В воздухе парила вместительная палатка, раскрашенная яркими полосами: красными, белыми и пурпурными. На ее углах развевались флаги.
– Начинается представление, – пояснил Лорд Джеггед Канари и жестом пригласил Дафниш к столу. – Вам нечего опасаться, поверьте. На Краю Времени смерти не существует. Вернее, случается, что кто-то и умирает, но его без промедления воскрешают. Попробуйте подышать нашим
Хорошее воспитание обязывало Дафниш принять предложение, но она все еще боялась подвоха. Она увидела, что Снафлз уже взялся за шлем, и быстро остановила его, решив, что рискнет одна. Дафниш медленно подняла руки к шлему. Вдали корчился город. Ей показалось, что он смеется над ней. Она приняла вызов и сняла шлем.
Дафниш показалось, что она задыхается, но нет – после первых лихорадочных вдохов дыхание стало ровным. Не успев успокоиться, Дафниш почувствовала другую опасность – запахи! Они шли от стола – от абрикосов, авокадо, паштетов… Дафниш не удержалась и застонала. Щемящая тоска пронзила все ее существо – от кончиков ногтей до корней волос. Такое глубокое потрясение она испытала лишь раз – при появлении на свет сына. Дафниш поискала его глазами. Оказалось, что он уже устремился к столу, сняв шлем.
– Подожди! – воскликнула Дафниш, но Снафлз, пропустив окрик мимо ушей, схватил кусок мяса и вонзил в него зубы. Дафниш вздохнула. Разве откажешь ребенку? Возможно, сытно поесть ему больше не приведется. А вот ей самой надо быть тверже и не распускать слюни.
Между тем Снафлз быстро расправлялся с мясом. Казалось, он даже не разжевывает его, а просто заглатывает куски. Глаза ребенка сверкали от непомерного возбуждения.
– Ах, дети! – проворковала Железная Орхидея. – Что за аппетит, залюбуешься!
– Сейчас в Арматьюсе трудности с продуктами, – поспешила пояснить Дафниш, посчитав, что в реплике собеседницы просквозила обидная снисходительность.
– И давно? – спросила Железная Орхидея, проявив вежливый интерес.
– Пожалуй, уже лет сто.
– У вас не хватает средств производства?
– Теперь хватает, но остается вопрос морали: хорошо ли положить конец дефициту?
Железная Орхидея удивленно подняла брови и вопросительно посмотрела на Лорда Джеггеда, словно пытаясь разделить с ним недоумение.
– Сытость порождает безделье, – изрекла Дафниш. – Тот, кто не доедает, в науках преуспевает. – Дафниш понимала что процитированные максимы вряд ли встретили благосклонный прием, но, тем не менее, с терпением, присущим Миссионерам, продолжила: – В Арматьюсе считают, что скудость полезнее изобилия, ибо имеющий достаток стремится его умножить. Жадность порождает убийство, а потакание своим слабостям приводит к самоубийству. Чтобы не подвергать планету новым опасностям, мы довольствуемся только необходимым. Устойчивость – в аскетизме.
– Можно понять, что ваш мир возрождается после бедствия, – с сочувствием поинтересовался Лорд Джеггед.
– Он уже возродился, сэр, благодаря нашим предкам, основателям Арматьюса, – твердо ответила Дафниш. – Теперь Арматьюс набирает силу, следуя их заветам. Но будущее только за стоиками.
– И вы полагаете, что, следуя своим моральным устоям, сумеете избежать нового бедствия?
– Мы уверены в этом.
– Но, – Лорд Джеггед с улыбкой развел руками, – вы сами видите, жизнь на планете не умерла, хотя, уверяю вас, в
нашем мире никто не разделяет ваших воззрений.Уловив, как ей показалось, иронию, Дафниш расправила плечи и требовательно сказала:
– Если не возражаете, мы с сыном пойдем к машине. Мальчик наелся.
– А вы не станете завтракать?
– Проводите нас к кораблю!
– Ваша машина вам не поможет.
– Как? Вы хотите воспрепятствовать нам?
Лорд Джеггед вкратце рассказал Дафниш об эффекте Морфейла.
– Из него следует, – добавил он в заключение, – что у вас нет реальной возможности вернуться домой. Если вы отправитесь в путешествие, то, скорее всего, погибнете, или, в лучшем случае, окажетесь в неведомом мире. Как знать, с чем вы там встретитесь.
– Вы думаете, я испугалась? Побоюсь рискнуть?
Лорд Джеггед задумчиво поджал губы, мельком взглянул на мальчика, не перестававшего двигать челюстями, и мягко сказал:
– Поешьте и вы.
Дафниш машинально взяла кусочек баранины, откусила и еле не поперхнулась. Перед ней на сине-белой траве закувыркалась тень свиноподобного существа, а воздух огласился смехом и гомоном. Дафниш подняла голову. Небо заполнилось странными существами. Пожалуй, то – гигантский комар, чуть выше бледно-зеленый электрический скат, а рядом с ним крылатая черно-белая кошка… Все существа то делали пируэты, то пикировали или уходили вниз по спирали, а потом снова вздымались в небо. Дафниш огляделась вокруг. На лужайке, по ее сторонам, появились ряды разноцветных флагов на высоких флагштоках, а на углах расположились шатры из полотняной материи. Сами лужайки заполнила толпа зрителей в самых разнообразных, по виду карнавальных одеждах.
Справившись с мясом, Дафниш потянулась было к салату, но ограничилась сливой. Завершив завтрак несколькими глотками воды из золоченого кубка, она взглянула на сына. Снафлз исправно работал челюстями.
Внезапно в воздухе раздалось шипение. Дафниш взглянула вверх. В нескольких футах над головой проплывали огненные колеса. Зрители бурно аплодировали.
– Шикалное злелище, чтоб мне пловалиться! – воскликнул Сладкое Мускатное Око и подмигнул Дафниш.
Она пожала плечами и отвернулась.
– Это моя колесница, – громко пояснил чей-то бас.
– Да знаем, знаем, дорогой Герцог Квинский! – прощебетала какая-то дама, во внешности которой Дафниш нашла вопиющую дисгармонию: изумрудные глаза и зеленые губы казались несовместимыми с золотой кожей.
– Это Миледи Шарлотина из Подозерья, – шепнул Лорд Джеггед. – Хотите с ней познакомиться?
– Она может помочь мне? Даст толковый совет?
– Миледи Шарлотина – покровительница Браннарта Морфейла, нашего величайшего ученого-безумца. По его словам, он лучший знаток Природы Времени за всю историю человечества. Возможно, он захочет поговорить с вами.
– А зачем ему покровительница?
– Все дело в традициях. Мы считаем, что нельзя пренебрегать полезным опытом прошлого. Традиции упорядочивают жизнь. Браннарт узнал о покровительстве из какой-то древней звуковой записи и решил, что оно поможет ему. А вот сейчас, благодаря сыну Железной Орхидеи Джереку, мы все увлеклись моралью.
– Что-то не очень заметно.
– К сожалению, мы столкнулись с трудностями. Никто толком не знает, что такое мораль.
Заметив подошедшую Шарлотину, Лорд Джеггед прервал пояснение и представил путешественников во времени.