Чтение онлайн

— Ты один, дружок. Gerids tun’rekiov.(жалкое зрелище)

Прошла долгая минута тишины.

— Verrda. Мне надоело ждать! — рыкнул разъяренный Зевран и вынул клинок из ножен.

— Погоди! — воскликнул охотник. — Это недоразумение. Позволь мне испариться вслед за братьями!

Дроу приподнял вопросительно бровь:

— Что, уже расхотелось воевать? Печально.

— Пожалуйста, дай уйти! Мы больше не потревожим вас. — взволновано пролепетал человек, пятясь назад. Но далеко ему не дал отойти толстячок, который валялся под ногами. Ругнувшись Дюк озабоченно глянул на уже убравшего

клинок эльфа. Тот стоял с довольной улыбкой и с презрением в глазах.

— Ступай прочь. Встанешь еще раз на пути, я уже таким до-о-обрым не буду. — прошептал он. Повторять еще раз не надо было. Охотник в мгновенье ока, последовал за командой, улетев во тьму.

— О-ох… — протянул с полу очнувшийся Шаклен. Никого не видя, сел, совладав со своими габаритами. Еще раз охнул. Кажется его крутило. Выпил небось много. Тако-о-ое снилось! Жена не поверит. Дроу! Ха, здесь? Ерунда!

— Отдохнул? — с сарказмом бросили ему слева. Обернулся…

— Чур меня!!!! — завизжал он истошно на всю глушь, узрев рядом с собой клыкастую темную рожу эльфа. — Изыди, дьявол!

— Дьявол? Да, иногда путают, с рогатыми у меня неплохие отношения сложились. Но все же я — не они. — сообщила эта морда весело. Потом зеленые глаза хищно сузились, пробив толстячка подобно иглам насквозь.

— Слушай сюда, ублюдок. Сейчас ты быстро встаешь и ветром летишь на кухню, собирать нам на, кхм… утренье еду. И не забудь гномью водку, вы меня настолько взбесили своей хренью, что простым элем не отделаетесь. Все это за Ваш счет. Мы тут пробудем еще сутки, так что извольте обеспечить нас всем необходимым. Как я реагирую на непослушание, ты уже прекрасно видел. И еще… — окликнул Зев уже спешившего к таверне трактирщика. — Если нас потревожат…

— Н-не беспокойтесь, мой л-лонк. Все будет в лучшем виде! — кивая и благодаря всех богов за милость темного, Шаклен скрылся в дверях. Воин лишь в который раз за сегодня скривил губы в усмешке. “Мне никогда не надоест играть с этими людишками…” Затем, он тоже зашел вовнутрь.

Когда эльф поднялся на второй этаж, то его внимание привлекла до нельзя забавная картина: растрепанный виверн в позе рака приник к замочной скважине, а на его голове сидел Ленька и делал буквально тоже самое, что и первый.

— И как такого чародея, как ты, выперли в коридор, причем, с компанией? — насмешливо поинтересовался он, приблизившись. Желтоглазый лишь дернул рукой в ответ, мол, не мешай. А котэ даже ухом не повел, все неотрывно глядел в слабый просвет. — Я к кому обращаюсь? — уже более грозно вопросил.

— Темный, притихни. Спугнешь же! — буркнули ему у двери.

— Хм?

— Там Мориарти купается. — волнительно шепнул маг, слегка повернувшись к дроу. — Меня сразу выставила и дверь на замок закрыла!

— Как прелестно… Вижу тебе и здесь хорошо, раз зайти не желаешь. А я устал. Посторонись. — Зев положил руку на плечо змея и слегка отодвинул. Послышался сдавленный всхлип.

— Она там еще и поет… любо послушать иномирянские песни.

— Завтра попросишь. — бросил он и присел у замка, став в нем ковыряться метательными ножиками.

— В чью-то наглую рожу скоро полетит добротных таких размеров ведро… — с сарказмом

протянул Рейстлин, держа на руках недовольного, что его прервали, крысокота. — Она ведь мастерица в метании.

— Отличная идея. Завтра поучу ее этому навыку.

— Только дротики не давай. — виверн постарался скрыть свое волнение, после того, как представил Мориарти с десятком игл между пальцами и готовую запустить их в надоевшего чародея.

— Поработаешь мишенью, хвостатый. Готово. — заявил эльф, поворачивая ручку, дабы войти.

— Ну уж нет!

— Это не просьба. — закончил он и захлопнул дверь, перед лицом мага. Из коридора вновь раздалось протяжное возмущение, слившееся с кошачьим.

Усмехнувшись, темный снял плащ, и бросил его на спинку стула, находящегося в маленькой прихожей. Из середины комнаты до его слуха долетел нежный девичий голосок. Он, конечно, не мог сравниться ни с ручейком, ни с колокольчиком, но и назвать его отвратным, тоже язык не поворачивался. Скажем так — приятный, такой можно слушать долго, не надоест. Минув каких-то пару аршин(1 аршин = 71,12 см), эльф устало прислонился к деревянному косяку спиной и узрел, стоящую у окна девушку, закутанную в полотенце и мурлыкающую себе песенку под нос:

— Кабы не было зимы в городах и селах. Никогда б не знали мы, этих дней веселых. Не пришла бы к нам метель на денек хотя бы. И снегирь не сел на ель. Кабы, кабы, кабы… — его она еще не видела.

“Такая хрупкая… и маленькая…” — мелькнуло в голове неожиданно. Моргнул, избавляясь от… а впрочем, зачем? Ухмыльнулся.

Человечка умиротворенно расчесывала свои пряди, смотря во мрак окна и любуясь снегом за стеклом. Ее вид сзади вызывал у Зеврана забавные чувства… “На ней всего лишь это полотенце. Подойти бы и сдернуть его…” кривая усмешка слетела с темных губ, кончики ушей нервно дернулись. “Фигуркой — лоза, лицом — ягодка. Как жалко, что не эльфийка…” Перестав утомлять себя, дроу двинулся к ней мягкой походкой. Встав почти вплотную, протянул кисть вперед…

— Кабы, кабы, кабы…

*ХРЯЗЬ! ВЖУУУХ…*

— А-а-а-а-а! — испуганно завизжала девушка, да так, что умывающийся в бадье чертенок подскочил и, не удержавшись, нечаянно перевернулся через борта, плюхнувшись в воду. *Плюх!* Эльф же, ожидая нечто подобное, только прижал уши, но не отстранился. Моментально развернувшись на пятках Мориарти неожиданно уткнулась носом в его жилет и, ойкнув, хотела юркнуть в сторону, но ее ухватили за тонкий стан, не дав выполнить задуманное.

— Не шуми, shallen. Это всего лишь я. — давясь смехом, сказал Зевран. Мор, смутившись, покраснела, почуяв рядом с собой запах ландышей сильнее обычного.

— Я-я…

Внезапно, до нее дошла сущая истина. А именно, стало понятно, ЧТО ТАК его привлекает! Да она же стоит практически голая! Черт! Клешня эльфа невозмутимо, но нагло рассекает туда-сюда по ее спине, это конкретно ощущается кожей! Слабые ласкания. Выходит, выходит… кхм, выходит, там уже нет полотенца…

— Оно сползло! Ай! П-пусти же меня, ирод озабоченный! — возмутившись до глубины души человечка уже красная, словно спелый помидор, принялась брыкаться и пинаться в его хватке. Поддался, ржа во весь голос, отпустил и отстранился.