Чтение онлайн

Мор не спешил с ответом.

Парень тут же занервничал: — Владыка, я стану более полезным, если ты объяснишь мне, что мы в этих гиблых местах вообще ищем? Почему сорвались с места и морозим задницы, ища некий забытый всеми богами храм!?

— Это-о… — молодой господин сконфуженно опустил взгляд к земле, дальше невольно почесал затылок, соображая, что же ответить.

Ветер нещадно хлестал его лицо, заставляя щурить глаза. Они начинали слезиться. Однако думать это не сильно мешало. Поэтому, немного погодя, Алларос все же соизволил ему пояснить: — Скажем так, кое-кто очень важный… гонит меня в самое пекло из-за одной аферы. Без возможности отказаться.

— Кое-кто очень важный… — недовольно протянул

Цинсо, не спуская глаз с лица человека. А после вдруг раздраженно рыкнул да так, что спугнул сидевших в снегу птиц: — Черт, мне сейчас так понятно стало! Аж прозрел! Такими темпами можно было и не тратить слова впустую.

Хвостатый насупился и обиженно отвернулся от Мориарти. Тот удрученно вздохнул: — Что ты от меня хочешь? Я лишь пешка в руках высших существ. Мое дело повиноваться и стараться достигнуть края доски, чтобы стать на уровень выше. — не заметив реакции божественного духа, человек неохотно произнес: — Нужно кое-какую вещь доставить к Источнику первозданной энергии, обойдя всех сектантов и императорских ищеек. Этого объяснения тебе хватит?

— Какую вещь? — тут же встрепенулся Цинсо. Его тело ловко накренилось в седле набок, к лошади Аллароса, чтобы расслышать мельчайшие подробности “тайны” владыки, глаза лихорадочно забегали в поисках “кое-какой вещи”.

— Небольшую. — заметив сильное рвение рыжего, залезть носом в его дела, юноша удрученно закатил глаза и отвернулся прочь. Ибо он не хотел раскрывать свету то, что ему самому было непонятным. Более того:

“Эта история… Началась с затопленной башни. И все пошло кувырком! Недомолвки, странное поведение, видения и теперь, как выяснилось, я еще и одержим! Что же это за дерьмо твориться!?” — болотневые глаза в немом вопросе воззрились на чистое дневное небо, где солнечное светило закрывало собой чуть ли не пол небосвода. “Поверх всего на мою бредовую голову навалился еще и виверн, и высший менталист, и дети с долбаными фанатиками, и… “ — вдруг Мор сбился с мысли, испуганно заморгав. Сознание словно по чей-то указке ярко показало ему устрашающий рыбий глаз, окруженный склизкими щупальцами. Это существо звало к себе в объятья. Просило показаться, подойти и согреть его холодное тело, скорее уродские отростки, что могли шипами пронзить любого, провинившегося. Алларос судорожно вздохнул, отгоняя наваждение. Но стоило ему вернуться в реальность, как он тут же услышал грозное со стороны:

— Мор-риар-рти… — Цинсо был явно не в духе, если назвал юношу по имени. Видимо объяснение не понравилось. Почувствовав темные тучи над своей головой, молодой господин миролюбиво вздернул перед собой ладони и обескураженно улыбнулся разъяренному Цинсо:

— Ну-ну, рыжий. Не кипятись. Как говорится, “меньше знаешь, крепче спишь”.

— Крепче спать ты будешь, когда в час пик нас прихлопнут стеклянные твари! А мы их удачно прозреваем из-за твоих гребаных тайн!!!

Мориарти виновато закусил губу. Он хотел бы все рассказать. Честно! Но не знал, как? Ведь стоило лишь подумать о старом гримуаре, о том, куда его нужно принести и что с ним сделать, как неведомая сила тут же растворяла и путала мысли, не давая им дойти до языка! Поэтому человек, кроме хрипа, произнести ничего не смог.

— Чудно! Не хочешь говорить, не надо. Только учти на будущее: если мне нужно будет выбрать между тобой и собой, то…

Взгляд Аллароса в миг похолодел. Он одарил Цинсо уже непробиваемыми черными зрачками без единой толики вины, затем сухо прошептал: — Золотце, героически слинять ты всегда успеешь. Как и тихо сдохнуть в канавке. Однако, не упускай того факта, что я, спасая твою дохлую шкурку, взял грех на душу и чуть было не умер в руках фанатиков. Твой ДОЛГ растет. Уж придется приложить все усилия, чтобы меня защитить, перед тем как слинять с поля боя. Иначе… я с того света тебя достану и

как следует отблагодарю…

От этих резких слов по спине духа пробежался строй мурашек. Он даже не стал подсчитывать “кто, кому там должен”, а просто неохотно отвернулся к лесу, решив закончить разговор. На тот момент, лошади героев вступили на территорию обширных скрюченных лесов, что укрывали подножья гор. В долине, в отличии от равнины, заметно было теплее, но не менее ветренно. Рассматривая кору пролетающих мимо деревьев, лисий дух устало зевнул, прижав уши. Ночень была воистину тяжелой. Возможно, он ее никогда не позабудет… Бр-р-р! Передернув плечами, Цинсо отсек себя от грустных мыслей. Его взгляд тут же неосознанно упал к обочине и скользнул по корявому пню, что торчал, укутанный до макушки снегом. И вот странное дело. Пень есть, а бревна нет. Даже намека нет. Однако рыжий, думающий только о насущных проблемах, не предал этому значения.

Герои ехали молча. Никто не решался нарушить природную тишину.

Но вскоре, спустя десять минут пути, раздался нерешительный вопрос духа, выдернувший Аллароса из хмурых раздумий: — Под ищейками ты имеешь в виду Виро’Анар?

Мор устало покосился на него. После, вспомнив, о чем сам некогда говорил, медленно кивнул: — Верно. Мои дела никого не должны касаться…

— Наши… — ели слышно поправил дух, когда лошадь Аллароса отдалилась от него на приличное расстояние. — Ты изменил мою жизнь, владыка. И я должен тебя поблагодарить за это. Так что это “наши дела”.

*Внезапно, в глубине зарослей хрустнула ветка!*

Лис тут же обернулся в сторону шума. Задергал ушами, как будто локаторами.

Молчание…

Молчание… *Хлоп. Ржач коня.* — Пошла! — Цинсо яро пришпорил коня и рванул вперед, лихорадочно озираясь. Заметив неестественное беспокойство в действиях рыжего, Мор сменил свое общение на более раскрепощенное и иронично поинтересовался:

— Нервный ты сегодня… Бади что ль укусил?

— Тихо. — жестко приструнили его, тем самым обескуражив: “Эк дерзкий какой пацан! Что же будет, когда вырастет? Эх. Ну ладно…” Молодой господин наиграно прикусил язык и закрыл рот на замочек. Цинсо его веселости не разделил: — Здесь кто-то трется по обочине, лес волнует.

— Глюки у тебя. Я лично ничего не слышал.

— Это не звери. Они ведут себя тише. Но возможно это…

Алларосу надоели бесконечные жужжания встревоженного духа под ухом. Он повернулся к нему и хотел было бросить пару колких фраз, чтобы утихомирить спутника, как вдруг его натренированные рефлексы заметили мелькнувшие размытости, вылетевшие из высоких сосен! Не медля и секары, господин дернул скакуна прочь с дороги и, махнув с силой рукой, не своим голосом заорал:

— В СТОРОНУ!!!

Услышав внезапный окрик, дух моментально подчинился приказу.

Накренился влево! И едва спас этим свою жизнь…

*Херак! Хлоп. Хлоп. Хлоп.* — вражья стрела воткнулась в одну из сумок, а три других рассекли воздух в дюймах от плеча и головы Цинсо. Словно в замедленном действии, они с силой влетели в черные поросли деревьев на другой стороне дороги. *Захрустели кусты. В страхе разлетелись птицы.*

— Это гвардейцы! Цинсо, живо за мной! — пришпорив коня, Алларос устремился петлять средь деревьев, сойдя с дороги.

Он смутно помнил местность на карте, но точно знал, что чуть впереди проходит обширная лента горной реки, коя огибает скалы Суховетрия по контуру и разделяет посередине. Мысли роем залетали в голове юноши, придумывая спасительный выход: “Нужно срочно добраться до переправы! Если эти уроды пустятся в погоню, то у нас есть шанс утопить их в водах Гихьи!” *Хлоп. Хлоп.*

Пара стрел влетела прямо под копыта лошади Мориарти, только чудом не задев ее круп. Она испуганно заржала и припустила еще резвее, скача чуть ли не горной козой по сугробам.