Дом Волков
Шрифт:
– Могу я поговорить со своей сестрой наедине?
Берон быстро отступил.
– Конечно. Я буду внутри.
Он бросил на Келума быстрый взгляд, и каждый из братьев, взявшись за ручку сундука, понесли его в Дом Волков. Дом Берона.
Это был его мир, его пристанище. Его горы, скалы и деревья. Животные, которые бродили по лесу, тоже принадлежали Волку.
Здесь он был Королем.
Мое сердце сжалось, когда я вспомнила слова Сфинкса. Она назвала меня Королевой Волков, Королевой Когтей и Зубов.
Паника молнией пронеслась по моим венам. В этот момент, словно почувствовав мое волнение, небо начало
Прежде чем заговорить, Нур подождала, пока все войдут внутрь.
– Ситали, положи руку туда, где был портал. – Я взглянула в указанном направлении, но ничего особенного не заметила. – Ты готова доверить мне своего сына, а сейчас сомневаешься? – Младшая сестра вопросительно вскинула темную бровь.
Я приняла вызов и подошла к тому месту, где раньше светился портал. Мгновенно я почувствовала тянущееся оттуда тепло. Нур кивнула и жестом приказала мне протянуть к нему руку. Когда я это сделала, портал снова открылся.
– Как?
– Сол помогла, – ответила она. – Ты и я будем сражаться в этой битве вместе. Вот почему богиня солнца сделала так, чтобы ты могла открыть этот портал. Но только этот. И только ты.
– А Берон? – Я посмотрела на большой деревянный дом, внезапно почувствовав себя неловко. – Он знает об этом?
Нур глубоко вздохнула.
– Я безоговорочно доверяю Келуму. Я люблю его всем сердцем. Хотя и признаю, что нам еще многое предстоит узнать друг о друге. Я доверяю и Берону. Но речь не обо мне. Я хочу оставить этот портал для тебя. Если ты решишь, что находишься в опасности, сможешь немедленно сбежать, никому не доказывая правдивость собственных опасений.
– Почему? – спросила я. Простой вопрос из одного слова, в котором таилось множество более длинных и глубоких. Зачем она это делала? Зачем ей вообще беспокоиться обо мне? Почему она отправилась к Сол ради меня? С чего бы богине солнца делать для меня исключение?
– Ситали, я простила тебя. Теперь я понимаю, почему ты вела себя подобным образом. Я вижу это в глазах Рейана, слышу это в его смехе. На твоем месте я бы сделала то же самое, если не хуже. Моя мама придерживается того же мнения. Так что, чтобы по-настоящему двигаться вперед, тебе самой нужно простить себя.
Я ненавидела, когда Нур рассуждала настолько разумно, хотя это и позволило моей совести вздохнуть с облегчением.
– Я еще не готова, – честно призналась я.
– Знаю, – сказала она, смотря на меня. – Что с тобой произошло совсем недавно? Ты выглядела так, будто заболела.
– Звучит безумно, но думаю, иногда я могу читать чувства Берона. Я ощутила прилив эмоций, нахлынувших на меня, еще в Доме Солнца, прежде чем прийти сюда, но когда Берон встал передо мной, я чуть не утонула в них. – Я повернулась к Нур. – Я не уверена, что он хочет, чтобы мы оставались здесь и вторгались в его личное пространство.
– Ты почувствовала это?
Я покачала головой.
– Я почувствовала… сильное беспокойство.
Нур шумно выдохнула.
– Вам обоим есть над чем поработать, но я верю, что если Берон беспокоится, то только потому, что ему не все равно. Он думает не только о себе или своем личном пространстве. – Она помолчала, казалось, тщательно подбирая следующие слова. – Ситали, мы должны объединиться в борьбе против Зарины не только ради
Гелиоса или мести. Сфинкс приоткрыла для меня будущее. Есть два варианта, оба из них связаны с Рейаном. Мы должны защитить его.Мои глаза расширились.
– Два возможных варианта будущего моего сына? Что именно она тебе показала?
– Наиболее вероятно, что мы защищаем следующего Атона, – с гордостью сказала Нур. Я окаменела. Почему бы детям Нур не стать ее преемниками? Моя сестра опустила взгляд на свои ноги, затем снова посмотрела на меня. – Ты вырастишь его благородным и сильным, Ситали.
– Какое еще будущее может ему выпасть?
Нур упомянула только об одном варианте. Даже если подобное возможно, это была всего лишь одна развилка на жизненном пути моего сына. Мы с Нур знали, что возможно выбрать только один путь, в то время как другой будет съеден песком.
– Если твой сын решит не идти по пути Атона, тогда мы защищаем будущего Волка.
Атон или Волк? Я нахмурилась. Оба варианта вызывали в материнском сердце гордость. Хотя, вполне логично, я предпочла бы, чтобы Рейан выбрал Сол.
– Единственное, что может разорвать эти пути, – Анубис, мечтающий использовать малыша для достижения более темной цели.
На меня обрушился новый поток эмоций, на этот раз не Берона, а моих собственных. Мое сердце пыталось вырваться из груди. Пот выступил на лбу, шее и пояснице.
– Ситали? – осторожно спросила Нур, заметив во мне перемену.
Я не могла успокоить свои мысли или обуздать внезапную реакцию своего тела. Я стиснула зубы. Мысль о том, что Зарина почти отняла у меня сына, а теперь пытается растоптать его прекрасное будущее, заставила мою кожу вскипеть. Нур вытянула руки, как будто хотела поймать меня или, возможно, просто защититься.
– Все в порядке.
– Все определенно не в порядке. – Даже мой голос звучал так, будто я находилась на грани истерики. Я не была в порядке. Ничего не было в порядке.
Берон вышел на крыльцо. Дверь повисла на петлях, когда Волк широкими шагами сократил расстояние между нами.
– Успокойся, – сказал он. Его голос был строгим, но расслабляющим.
Я ненавидела этот звук. Я ненавидела то, как мое тело и разум реагировали на него, то, что мне не удавалось вырвать свои эмоции из его хватки.
– Не приказывай мне, Волк. Неужели ты так быстро забыл, что натворил?
Он медленно направился ко мне.
– Я помню каждую секунду. – Его голос был подобен гравию под подошвой моих сандалий. Грубый. Местами острый, а местами – гладкий. – И не хочу забывать. Наша история принадлежит только нам.
Нур приподняла бровь.
Келум поспешил к нам, за ним последовал Падрен, вышедший на крыльцо и озабоченно наморщивший лоб. Ред и Холт стояли по бокам от него. Предвкушение пульсировало в их венах и вызывало напряжение в конечностях.
Но я не была им ничем обязана.
Берон спас меня, но только потому, что Люмос дал ему возможность и выбор.
Бог луны вспыхнул в небе, поднимаясь все выше, чтобы я могла лучше его видеть. Я, спотыкаясь, брела через лес, подальше от всех и вся, пока не остались только я и бог луны, окруженные морем деревьев, долин, скал и горных хребтов. В ушах у меня зазвенело. Зрение затуманилось, тьма поглотила все вокруг, пока не осталось только серебряное лицо Люмоса.