Чтение онлайн

— Это меняет дело, — наконец произнес он, и в его голосе не было ни капли прежней снисходительности. — Это... систематический отбор.

Он накрыл тело простыней и резко повернулся к выходу.

— Возвращаемся. У нас появилось новое направление для расследования.

По дороге назад он молчал, уставившись в одну точку. Высокомерный маг исчез, его место занял холодный, сконцентрированный следователь. И впервые за все время я почувствовала, что мы, возможно, стали на шаг ближе к истине. Пусть и самой

мрачной.

Тишина длилась три дня. Три дня, в течение которых я пыталась вести обычную жизнь в своих четырех стенах, но тревога медленно подтачивала меня, как кислота. Утром четвертого дня привычную рутину нарушил не просто стук, а резкий, настойчивый удар в дверь.

На пороге стоял Кален ван Моррет. Его лицо было бледнее обычного, а в глазах горел холодный, яростный огонь. От него исходило почти осязаемое напряжение.

— Труннодини. Сейчас же со мной, — его голос был жестким, без прежней снисходительности. Это был приказ, не терпящий возражений.

— Что случилось? — спросила я, набрасывая плащ.

— Еще одна, — он коротко бросил, уже спускаясь по лестнице. — Нашли полчаса назад. Я хочу, чтобы вы взглянули на тело до того, как его тронут.

На этот раз нас ждала не роскошная карета, а быстроходный служебный экипаж. Мы мчались по утренним улицам, нарушая магическое движение. Кален молчал, сжимая и разжимая пальцы. Я видела в нем не высокомерного мага, а следователя, столкнувшегося с вызовом, который бросали его компетенции.

Мы прибыли в тихий, респектабельный район, к дому из светлого камня, уже оцепленному стражей. Кален, не теряя ни секунды, провел меня внутрь, минуя толпу слуг с перепуганными лицами.

Девушка лежала в небольшой гостиной на ковре, рядом с опрокинутым креслом для вышивания. Светлые волосы растрепались, тонкие пальцы сжимали обрывок кружева. И снова — аккуратный прокол ниже левого уха.

Но не это привлекло мое внимание в первую очередь.

— Поза… — тихо прошептала я, опускаясь на колени рядом с телом, не обращая внимания на предостерегающий взгляд местного лекаря. – В какой позе нашли последнюю жертву?

– Какое это имеет значение? – недовольно произнес мужчина, но затем нехотя пояснил, – девушку нашли на боку, как будто она прилегла…

— Ясно. Она упала навзничь, — указала я. — Та, что у трактира… ее аккуратно уложили. А эта… — я обвела рукой окружающее пространство, — …она упала. Резко. Судорожно. Смотрите — рука застыла в попытке схватиться за горло, глаза широко раскрыты. Смерть была мгновенной, но… иной.

Я осторожно прикоснулась к ее запястью, оценивая степень окоченения.

— И она еще совсем теплая. Это произошло совсем недавно. Возможно, всего час назад.

Кален замер, его взгляд метался от тела ко мне и обратно.

— Иной? Что это значит?

— Значит, что яд, возможно, был другой, — поднялась я, встречая его взгляд. — Или доза была больше. Или… он торопился. Возможно, его спугнули. Или он был в ярости. Это не был

хладнокровный, выверенный укол. Это было нечто более… стремительное. Агрессивное.

В воздухе повисла тяжелая пауза. Лекарь и стражи смотрели на меня с нескрываемым изумлением. Кален же смотрел так, будто видел меня впервые.

— Вы уверены? — его вопрос прозвучал не как проверка, а как потребность в подтверждении.

— Насколько вообще можно быть уверенной в чем-либо, глядя на смерть, — парировала я. — Но да. Поза говорит сама за себя. Он изменил свой почерк. Или… его что-то заставило изменить его.

Кален медленно кивнул, его лицо стало похоже на маску изо льда.

— Он знает, что мы ищем его. Или… он торопится завершить то, что начал.

Он отдал несколько тихих, но четких распоряжений страже, затем повернулся ко мне.

— Вам нужно вернуться. Немедленно. И не выходить до моего распоряжения. Если он способен на такое здесь, в самом центре города…

Он не закончил. Он не должен был. Мы оба понимали — убийца вышел на финишную прямую. И его следующая жертва могла оказаться не в его привычном «типе», а любой, кто встанет у него на пути. Включая меня.

После того шокирующего утра в доме с опрокинутым креслом наступила пора тягостного затишья. Кален ван Моррет пропал. Ни допросов, ни новых зловещих экскурсий. Только усилившаяся до четырех человек охрана за дверью и гнетущее чувство, что где-то в городе тень продолжает свое дело.

А еще ко мне стали наведываться призраки прошлого — куда более прозаические. Деньги, оставшиеся от продажи кольца и скудных трактирных доходов, таяли на глазах. Аренда квартиры, пусть и предоставленной следствием, еда, базовые расходы — все это требовало монет, которых у меня почти не оставалось. Сидеть сложа руки и ждать, пока Кален соизволит объявить меня то ли свободной, то ли арестованной, было непозволительной роскошью.

Я была врачом. И врачи работают. Даже если они под домашним арестом по подозрению в серийных убийствах.

Так как меня не выпускала, я попросила стражников принести мне пару тройку свежих газет. Теперь я разложила их на столе, вчитываясь в колонки объявлений. Большинство из них были бесполезны: «Требуется грузчик на артефактный склад», «Нужен подмастерье в кузницу», «Продается породистый грифон».

И вдруг мой взгляд зацепился за небольшое, скромное объявление в углу:

«Требуется помощник в лечебницу при гильдии артефактщиков. Знание основ медицины, травничества, устойчивость к виду крови обязательны. Оплата почасовая.»

Лечебница при гильдии. Это было идеально. Работа по специальности, пусть и на скромной должности. И насколько я помню по своему миру, гильдии – это всегда самостоятельные и независимые организации. Будем надеяться…

Проблема была в одном: как вырваться из-под его крыла на собеседование?

Ответ пришел сам собой, в лице молодого Лорда, который как раз заступил на дежурство. За чаем с вчерашними булками я, будто невзначай, спросила:

— Лорд, а гильдия артефактщиков далеко отсюда?