Чтение онлайн

Он протянул мне свернутый в трубку пергамент с восковой печатью. Я развернула его. Сухой, казенный язык уведомлял, что «гражданка М. Труннодини» обязана незамедлительно прибыть в Стальград в связи с проводимым расследованием серии тяжких преступлений. Срок — неопределенный.

— Что это значит, Северин? — спросила я, и голос мой прозвучал чужим. — Я же все уже сказала следователю.

— Это значит, что ты должна ехать, — вздохнул он. — Вызов следственных органов… он обязателен. Отказаться — значит навлечь подозрения на себя и на весь поселок.

На весь поселок. Это был тонкий намек. Мое положение здесь было шатким. Чужачка, вдова,

да еще и со странными знаниями. Отказ мог быть истолкован как попытка скрыться.

Я посмотрела на стражника. Его лицо было каменным. Спорить было бесполезно.

— Хорошо, — коротко сказала я. — Дайте мне время собраться.

— У тебя есть до полудня, — ответил стражник. — Карета будет ждать на выезде.

Дверь закрылась. Я осталась одна в тишине пустого зала. Солнечный луч, пробивавшийся через пыльное окно, выхватывал из полумрака столы, лавки, сияющий медный самовар. Мое детище. Мое пристанище.

Теперь его предстояло бросить.

Действовала я на автомате, с тем же холодным спокойствием, с которым готовила операционную. Собрала свои инструменты — бесценный ящик от Фрола. Переложила их в дорожный мешок вместе с самыми ценными травами и зельями. Сложила несколько смен белья, теплый плащ. Деньги, все, что были, спрятала в потайной карман.

Потом прошлась по трактиру, гася в нем жизнь. Потушила огонь в печи. Слила остатки сусла. Убрала все скоропортящиеся продукты. Последним шагом я повесила на дверь тяжелый замок. Он щелкнул с глухим, финальным звуком.

На выезде из поселка действительно ждала неуклюжая карета, запряженная парой унылых кляч. Рядом топтался тот же стражник.

Перед тем как забраться внутрь, я обернулась. На пороге своей хижины стояла Акулина, качая головой. Из-за забора кузницы за мной наблюдал Фрол, его лицо было хмурым. Геннадий махнул мне рукой. Они вышли проводить. Молча. Никто не кричал «возвращайся». Все понимали — возвращения может и не быть.

Я шагнула в карету. Дверца захлопнулась, отсекая меня от всего, что стало за эти месяцы домом. Возница щелкнул вожжами, и мы тронулись, подпрыгивая на колеях.

Я сидела на жесткой скамье, глядя в маленькое запыленное окошко, как мимо проплывали знакомые дома, заборы, потом поля и лес. Я не знала, что ждет меня в Стальграде. Допрос? Тюрьма? Или что-то хуже?

Но один вопрос гвоздем сидел в голове: почему именно сейчас? Почему после недель затишья меня вдруг так срочно вызывают? Было ли это официальной необходимостью? Или чьим-то тонким расчетом? Возможно, убийца понял, что я слишком близко подобралась. И решил убрать меня с доски, используя руку закона.

Карета въехала в густую тень леса. Последний лучик солнца скользнул по стеклу и погас. Я откинулась на спинку сиденья, сжимая в кармане рукоять скальпеля. Пусть думают, что везут безропотную трактирщицу. Они ошибались. Они везли врача, закаленного в боях с болезнями и смертью. И если в городе меня ждала операция под названием «правосудие», я была готова взять в руки скальпель. Пусть даже мне придется оперировать в темноте, не зная, кто на столе — палач или жертва.

Карета вырвалась из объятий леса, и я зажмурилась от неожиданного потока света и звука. Стальград не просто стоял на холмах — он вздымался к небу, словно железная гора. Шпили зданий, переплетенные ажурными мостами, пыхтящие трубы, из которых валил не дым, а переливающиеся радужные испарения. Воздух гудел, как гигантский

улей, наполненный скрежетом металла, шипением пара и низким гудением магии.

Повозки, запряженные рогатыми лошадьми, смешивались на улицах с самодвижущимися экипажами на мерцающих артефактных шарах. Фонари зажигались сами, реагируя на сгущающиеся сумерки, а по стенам некоторых зданий бежали светящиеся рунические письмена. Это был ошеломляющий, оглушающий хаос прогресса и магии, так не похожий на сонную жизнь моего поселка.

Карета свернула с шумной магистрали в более спокойный квартал и остановилась перед добротным, хоть и неброшим, трехэтажным домом из темного кирпича. Меня встретил сухопарый молодой человек в строгом костюме.

— Мариэлла Труннодини? Я Арни, помощник следователя Арвидуса. Вам предоставлено временное жильё на время следственных действий.

Он провёл меня на второй этаж и открыл дверь в небольшую, но вполне приличную квартиру. Гостиная с диваном и креслом, спальня с широкой кроватью, и — о чудо! — отдельная кухня с нехитрой плитой и даже крошечная ванная комната с медными трубами, подведёнными к магическому нагревателю.

— Вам обеспечен пропуск в город в сопровождении для приобретения необходимых продуктов и предметов гигиены, — безразлично сообщил Арни. — Охрана на первом этаже проинструктирована. Не пытайтесь покинуть город — это будет расценено как побег.

Он кивнул и удалился. Я осталась одна, прислушиваясь к непривычной тишине. Не тюрьма, но и не свобода. Позолоченная клетка.

Первым делом я провела рекогносцировку. В шкафу нашла постельное бельё, на кухне — базовый набор посуды. Ванная оказалась оснащена не только нагревателем, но и подобием душа — нужно было лишь повернуть ручку, и из перфорированной сферы на потолке начинал сочиться тёплый пар, конденсируясь в струйки воды. «Цивилизация», — с иронией подумала я.

Разобрав вещи, я повесила платья в шкаф, инструменты и травы убрала в спальне. Осмотр холодильника (небольшого камня с руническими насечками) показал, что он в рабочем состоянии. Оставалось лишь затариться провизией.

Спустившись вниз, я представилась двум стражникам у входа.

— Гражданка Труннодини. Нужно на рынок, за продуктами.

Один из них, коренастый детина, кивнул.

— Сопровожу, гражданка.

На рынке царила оживлённая суета. Мой «спутник» следовал за мной в двух шагах, не сводя с меня глаз. Я закупила муку, дрожжи, крупы, овощи и немного мяса. Без собственной кухни и возможности готовить я бы точно сошла с ума. При виде ассортимента специй я не удержалась и вздохнула — здесь был полный набор, о котором в деревне можно было только мечтать.

— Что-то не так? — спросил стражник.

— Всё в порядке, — бодро ответила я. — Просто выбираю, какой яд в похлёбку добавить — обычный или с ароматом трюфелей.

Он сгрёб покупки и пробормотал:

— Шутите, гражданка. А зря.

Вернувшись в квартиру, я с наслаждением принялась обустраивать быт. Расставила припасы на кухне, развесила травы для просушки. Квартира постепенно наполнялась привычными запахами — сушёной мяты, ромашки, лаванды. Это уже было похоже на дом. Временный, вынужденный, но дом.