Дитя Зла
Шрифт:
— Э, Горвик, у меня вино заканчивается! — промямлил Алистер, услышав как за спиной открылась дверь. — Принеси мне мёду, сладкого хочется.
— Первый Мастер, появилось неотложное дело требующее вашего внимания.
— Первый Мастер? — арий медленно повернул голову и бросил
За месяц Алистер стал самой настоящей персоной нон грата во дворце. Стольный за глаза называл его перегонным аппаратом, что без конца переводит добротный хмель в мочу, а казначей заработал лёгкий невроз, получая изо дня в день новые запросы на закупку горячительных напитков. И как бы сильно не хотелось сенешалю, арий отказывался переходить на более дешёвую горилку, выбирая вино и мёд исключительного качества. Одному камергеру оказался по душе такой расклад дел, ибо Первый Мастер буквально поселился в погребе и оказался самым сговорчивым гостем.
Сенешаль сжимал в руке плоский предмет, обёрнутый льняной тканью.
— Вам стоит на это взглянуть.
Великокняжеский слуга подошёл к столу и раздвинул тарелки с объедками, расчищая место перед арием. Он аккуратно положил плоский предмет на дубовую столешницу и Алистер тут же попытался сфокусировать на нём взгляд.
— Это… что это? — арий нахмурился всем лицом, прилагая большие усилия, чтобы держать шатающуюся голову ровно.
— Пришло во дворец несколько часов назад. Посыльный, принёсший это, сказал, что получил её от странной женщины.
— Я знаю только онуд… од… Только одну! — арий вскинул палец. — Од–ну странную женщину, и её больше
никто никогда не увидит, вот.— Господин, посыльный сообщил, что у этой женщины, заказчицы, были серые веки.
— Чего?! — Алистер вскинул глаза на сенешаля, на его лице отчётливо читалось непонимание смешанное со страхом. — Может, твой посыльный напутал чего? Может, тёмно–лиловые веки?
— Нет. Посмотрите что там.
Первый Мастер неуверенно вернул взгляд на завёрнутый в ткань плоский предмет.
Арий долго не решался прикоснуться к посылке, но непреодолимое любопытство пересилило волнительный ступор. Дрожащими руками Алистер развязал верёвочки и развернул серое льняное полотно, его взору предстал плоский кусок берёзовой коры.
— Береста? Это какая–то шутка?! — гневно воскликнул Первый Мастер, переводя взгляд на сенешаля.
— Переверните, господин. — с хладнокровным спокойствием ответил слуга.
Алистер перевернул кору и обнаружил на обратной стороне надписи на понятном ему языке.
— Берестяная грамота в наше время? Да кто такое пишет?
— Читайте, вас это заинтересует.
Арий невольно сглотнул, пытаясь взять под контроль накатившие эмоции, он потирал своё горло и разглядывал текст грамоты. Прошло несколько секунд, прежде чем Первый Мастер осмелился зачитать вслух:
«Приветствую вас, Серабарый Алистер Авласович. Моё имя Фомиленгра, я мать Мовиграны. У меня к вам важное дело, и оно непосредственно касается моей дочери…»