Чтение онлайн

— Прошу, аккуратнее, Юрий. Мои оболочки не такие быстрые, как вы.

— То-то! — гордо вытянулся мальчик. — Ты не боись, ничего со мной не будет. Если что, шлёпнусь на тебя, — и засмеялся.

— Думаю, вы знаете, что я не мягкая как люди?

Юра только пожал плечами и схватил оболочку за руку.

— Не мягкая, так не мягкая. Пошли давай! Поговорить хочу.

Со всей силы он потянул Цию за собой, но как с сестрой не вышло. Слишком тяжёлая она была, даже такая. Хорошо хоть сама идёт, а не как Маша.

— Где вы хотите побеседовать? — спросила

Ция.

— А хоть тут. Мы потом сразу к Маше, чтоб на тебя поглядела.

Все, кто попадался навстречу, так и норовили оглянуться и поглазеть. Обычно Юру это обрадовало бы — правильно ведь смотрят. На кого надо и когда надо. Только сейчас было не надо.

— Хотя нет, давай не здесь. Пойдём к нам во двор, а? — Ция посмотрела на приветствовавшего её человека и ответила ему. — Там сейчас как раз никого не будет.

— Если вы так хотите.

— Только давай быстрее, ну. Тащишься, как Машка.

Идя по оживлённой улице, они случайно попали на дорогу, по которой возвращались вчера. Сейчас она выглядела совсем по-другому: никакого ощущения приключений не осталось, зато стало тесно, как в убежище. По тротуару не протолкнёшься, а за него выходить нельзя. Опасно, видите ли.

Хоть во дворе было просторно. Ребят ещё не было, а взрослые сюда не заглядывали. Жаль только окна выходили сюда, могли из квартир увидеть. Потому Юра нашёл угол, чтоб за деревьями и чтоб посидеть можно. Как раз ещё спуск в подвал оказался. Занырнув в него с головой, он подозвал Цию. Нужно же как-то и её спрятать.

Правда, она к нему не пошла. Встала рядом и ни в какую, хоть в лепёшку расшибись. Только талдычит:

— Нам не стоит этого делать — люди могут понять это неправильно. Лучше сядьте на скамейку.

— Ну вот что ты, а? — Юра негодовал. Но поговорить надо было. Так что пришлось сдаться. — Ладно, пошли на твою лавку.

Недовольно буркнув, он уселся на выцветшую скамейку, а Ция разместилась следом. На удивление, ничего даже не сломалось. Не такая она и тяжёлая.

— Слушай…

Юра начал сразу, без экивоков и скучных рассказов.

— Помнишь, как ты с Машкой чучело красила?

— Конечно. Вы тоже хотите?

Стеклянная голова глядела прямо на мальчика.

— Не, скучно. Но Машке нравится, вот и говорю.

— Полагаю, вы заметили некоторую неправильность?

Мимо проехал робот-садовник, готовый засадить ещё пару клумб. На его боку красовались рисунки человечков, травы, солнца. Точно мелкотня рисовала.

— Ну, что-то такое. Ты… Ты ж притворялась тогда, да?

Ещё один мелкий садовник встрял посреди беседы. Только теперь он был разрисован ирландскими розами на грядках. Юра запомнил это, потому что ирландцы — пьянчуги. Если верить анекдотам.

— Так и есть. Но скажите, как вы поняли?

— Просто я почуял, что не то. А потом вспомнил, как в кружке робототехники о чём-то таком говорили. Вот и всё.

Ция всё так же тупо смотрела на него.

— Значит, теперь вы чего-то хотите. Спрашивайте, пожалуйста.

Мальчик начал болтать ногами.

— Слушай, а можно… Сделать так, чтобы

тебе не нужно было притворяться? Чтоб ты и вправду сама рисовала. Просто Машка расстроится, когда узнает, — хмыкнул. — А она узнает. Она всё знает, чего не надо.

В конце концов Ция что-то да сделала. Отвернулась.

— Вам больше не нужно об этом беспокоиться. Я поняла, что могу творить.

— Как это поняла? — удивился Юра, но с радостью.

— Я поговорила с Марком Игнатьевичем. Может, вы знаете его?

Сразу всплыл образ: добрый старый дядька, иногда захаживающий на чай. И всегда со сладким.

— Знаю-знаю. Неплохой дед, не дурак. Хорошо он тебя уговорил, а…

Ненадолго Юра задумался. Можно было оставить всё как есть, но разве это дело? Можно ведь лучше. Чтоб сестра не разочаровывалась.

— Только ты Машке не говори, хорошо? Пусть думает, что это она всё.

— Вы молодец, что заботитесь о сестре, но не стоит. Она наверняка обрадуется так же, если я расскажу ей. К тому же, если солгать сейчас, потом могут появиться проблемы.

От этого мальчику захотелось рычать. Всыпят ведь потом за то, что сбежал с уроков, а он это ещё и ни за что сделал? Нет, так не пойдёт.

— Это тогда выйдет, что я зря… — не стоило сбалтывать об этом Цие. — Тебя искал? Не, давай думать. Машку нужно порадовать.

— Если вы хотите этого, я помогу.

Ещё один ехавший было по дорожке садовник остановился. Рисунок на его боку совсем стёрся, настолько, что считай и нет его. Да и на мордочке тоже — это Юра увидел, как робот повернулся. И поехал к Цие.

— Ещё до войны эту модель подарили детям, чтобы они её разукрасили. Возможно, вы захотите раскрасить одну из них для Марии вместе со мной?

Юра спрыгнул со скамейки и коснулся робота. Ничего. Стоит себе и только.

— Так, а правда можно? — оглянулся на Цию.

— Да. Но нам придётся подождать, пока прилетит дрон. Это недолго.

Даже стало завидно — он только начал думать, что можно сделать, а Ция всё. Был бы дрон тут, уже бы сделала. Эх, не туда она думает. Розыгрыши бы с ней… Но не сейчас.

— Чего тогда время терять? Давай думать, как красить будем.

Ция не двинула и пальцем.

— Предлагаю половину вам, половину мне. Что вы хотите нарисовать для Марии?

Снова плюхнувшись на скамейку, Юра призадумался. Вот правда, что бы он хотел нарисовать? Сходу непонятно. Но это сходу, а если немного напрячься, то всё станет ясно. Жаль только, это было самое нелюбимое занятие. Хотя ради сестры…

— Давай, как ты катаешь Машку.

Сзади подлетел мелкий дрон, похожий на те, которые вокруг чучела летали.

— Тогда я нарисую, как вы едете на «Соломинке».

Садовый робот радостно подставил разноцветный бок.

***

— Машка, пошли!

Ну как всегда, Юра потащил куда-то сестру, как только увидел. Ни «привет», ни даже «нет времени объяснять» не сказал. Сразу потащил вон из дома. Хоть рюкзак получилось снять.

— Ну что-о? — девочка изо всех сил старалась не упасть на лестнице.