Дети империи
Шрифт:
— Ты будешь первым, кого я позову, если почувствую, что от плана на милю разит самоубийством. Вина? — сдался Кэр и, улыбнувшись, постарался перевести тему, но тут же осекся, осознав, что его собеседник — не лучший собутыльник.
— Пожалуй, воздержусь. Не буду тебя отвлекать от новых обязанностей. Если потребуется мой совет, я буду в своей каюте расставаться с содержимым собственного желудка, — ответил бывший капитан, решивший, что мистер Кэрил его проверяет.
После ухода Хольта аурлийцу потребовалось время, чтобы вновь собраться с мыслями. Времени было мало, и терять его Итан не собирался. Начиная со следующего дня Ингрид ежедневно проводила уроки имперского на верхней палубе. Для этого идеально подошло помещение, прежде предназначавшееся под храм инквизитора.
Эйден оказался невероятно энергичным человеком, старающимся ни секунды не сидеть без дела. Он интересовался устройством корабля, учился морскому делу у матросов и в целом выглядел очень воодушевленным тем, что оказался на борту.
Когда жаркое полуденное солнце начинало клониться к закату, он и мистер Норрингтон устраивали тренировочные бои, призванные отточить мастерство солдат. Бывший убийца по достоинству оценил умения их нового спутника, а преподавательский дар Эйдена позволял легче доносить знания до учеников.
Ближе к вечеру Га-либ выволакивал на палубу картины с изображением монстров армии хаоса. Объяснял их особенности, сильные и слабые стороны, делая акценты на самых уязвимых местах. Хорив оправился от осаждавших его переживаний и теперь казался собранным. Лишившись возможности передумать, он сумел отринуть все тревожащие его мысли. В компании отступницы и штурмана он охотно делился своими знаниями о большом мире перед превратившимися в покорных слушателей моряками.
Несмотря на то, что отчет об экспедиции адмирала Хариса никто из жителей Корквила ставить под вопрос теперь не посмел бы, не все матросы до конца верили в волшебный мир, лежащий за Внешним морем. Утларг, отступница и аурлиец во всех знакомых им подробностях рассказывали им об устройстве большого материка, народах, его населяющих, и принятых порядках. Чем больше знаний они передавали, тем меньше сомнений было у команды в том, что это не выдумка.
«Последний шанс» причалил к острову Хольта. Со времени их последнего визита аборигены достроили причал, позволявший пришвартоваться к нему даже такому большому кораблю. Властитель этих земель лично встречал соотечественников на берегу. Бывший лейтенант Ричард Уайтхол с трудом сдержал подкатывающие к глазам слезы при виде адмиральского флагмана, на котором служил в прошлой жизни. Моряки не стали долго пользоваться его гостеприимством и, пополнив запасы пресной воды, вновь отправились в путь.
Благодаря составленным Дунканом картам, стена рифов теперь не представляла прежней угрозы. Обсудив с Грином наиболее безопасный проход, Итан доверился штурману, поведя свой корабль в заданном им направлении. Случился на их пути и шторм, но он не шел ни в какое сравнение с тем, что они видели в своем прошлом плавании на запад. И все же не приученный к морской качке мистер Мерфи поделился половиной дневного рациона с морской пучиной.
По вечерам, как и прежде, собирались в кают-компании. Ингрид приходилось тяжелее всех. Окруженная со всех сторон мужчинами, она постоянно ловила на себе жаждущие женского общества взгляды матросов, и если бы не авторитет штурмана, беды было бы не миновать. Ночевала она только в его каюте, а под подушкой у нее всегда был припрятан кинжал.
Роль шутника за столом Дункан охотно разделил с Эйденом. Тот умел нравиться людям, и к концу плавания никто не мог бы сказать, что он является посторонним или лишним среди старых друзей. Исполняющий обязанности плотника мистер Тронд, напротив, держался обособленно, и за столом его практически никогда не было слышно. Он действительно был немногословен, но дело свое знал, а крайне лестные рекомендации мистера Кормака не оставляли сомнений в том, что человек он достойный.
Капитан Хольт практически никогда не появлялся за общим столом. Вечера он проводил запершись в своей каюте, бредя и пытаясь удержать свой рассудок в пограничном состоянии. С трудом приводя себя в порядок, каждое утро он заступал на вахту, но
как только она заканчивалась, старался как можно скорее укрыться в своих покоях. Он сорвался лишь раз, потребовав у Ингрид выдать ему из запасов бутылку, но отступница сумела дать ему отпор. Ближе к концу путешествия Рэджинальд даже попросил Эйдена провести несколько тренировочных боев, чтобы вспомнить забытое умение сжимать в руке клинок.Впервые войдя в кают-кампанию, Итан почувствовал себя крайне некомфортно. Во-первых, при его появлении офицеры поднялись со своих мест, чтобы его приветствовать, а во-вторых, ее убранство постоянно навевало воспоминания об экспедиции. Постоянно казалось, что в любой момент дверь может открыться и на пороге будет стоять один из тех офицеров, что на самом деле оказаться там уже никак не могли.
Иона, Джереми, Питер, Чарли, Артур… Аурлийцы не забыли их имена, равно как и имена других утраченных товарищей. В один из вечеров, когда они поднимали кубки за покой усопших, их собственный покой был нарушен.
— Земля! — раздался крик с верхней палубы, но вопреки ожиданиям и сложившейся среди моряков традиции, его никто не подхватил.
Моряки даже не сразу вскочили со своих мест, решив, что дежуривший на мачте матрос мог ошибиться и сейчас получает нагоняй от вахтенного офицера. Однако Итан знал, что тот не ошибся. По их с Дунканом расчетам, к этому времени «Последний шанс» как раз должен был оказаться у берегов большой земли. К тому же в голосе кричащего не было ноток неуверенности, скорее, в нем чувствовалось удивление. Кэр переглянулся со штурманом и первым поднялся из-за стола, но выйти из каюты не успел.
— Вы должны это видеть. — Появившееся в дверном проеме мрачное лицо дежурившего в этот вечер Сварна говорило красноречивее любых слов.
Поднявшись наверх, офицеры растолкали застывших на носу корабля матросов только для того, чтобы через мгновение замереть самим. Переливаясь в вечерних сумерках множеством оттенков серого, перед ними открывалась абсолютно мертвая земля.
Глава 5. Пепел и прах
Весь оставшийся вечер и всю ночь корабль следовал вдоль побережья до тех пор, пока перед самым рассветом на горизонте не появились очертания Новой Аурлии. Спустив один из ботиков на воду, Итан лично возглавил разведывательный отряд. Выполнять функции старшего офицера на судне был оставлен Га-либ, так как остальные категорично настаивали на своем участии в вылазке. Ботик начал тереться дном о прибрежный песок, и Джонатан с Хоривом спрыгнули в воду, чтобы закрепить его на суше.
Сделав пару шагов по родным землям, Сварн нагнулся и зачерпнул рукой горсть песка. Пройдя не больше метра вперед, он немного растопырил пальцы, и песчинки потянулись к земле. Песчаный водопад ударился о почерневшую землю. Ингрид внимательно оглядывала окрестности, заранее положив стрелу на тетиву своего лука. Город казался таким же, каким его оставил мистер Норрингтон перед осадой Камграда, но что-то очевидно было не так.
Никаких разрушений. Мертвой была сама земля. Стены домов обвил теперь уже безжизненный плющ. В этом месте не осталось ничего живого. На берегу путники не увидели ни одной ящерки. Не было слышно даже жужжания насекомых или криков тех самых птиц, что напоминали аурлийских чаек. Их вопли всегда были слышны издалека, но сейчас отсутствовали.
— Будьте на чеку. Не нравится мне все это, — процедил сквозь зубы капитан Хольт, первым переступивший границу песка и мертвой земли. Его ботинок тут же оказался окутан темным облаком, состоящим из смеси праха и пыли. Итан сразу вспомнил окрестности Вормса. Он боялся того, насколько сильно могла продвинуться умерщвляющая все на своем пути зараза. Кэр старался не думать о том, что к этому времени она могла поглотить и Корпакс.
В предупреждении капитана между тем не было никакой необходимости. Если слову «безнадежность» потребовалась бы точная визуализация, то открывающийся пейзаж вполне мог претендовать на эталон. Каждый из ступивших в этот день на землю большого материка ощущал неприкрытую тревогу.