Дар.Золото
Шрифт:
– Прости, - Ташка мялась.
– За что?
– подумал, а они-то при чем?
– Мы не писали. Отец запретил.
– Почему?
Ташка отвела взгляд:
– Сказал, чтобы ты учился спокойно.
Я смотрел на них обеих, начиная злиться:
– Что еще мне не надо было знать?
Сашка села со мной рядом, и погладила обеими ладошками по плечу. Потом поправила подол платья, словно собираясь с силами:
– Ну, у нас тут недород был... в позапрошлом году. И мор на скотину напал ни с того, ни с сего. Попадало больше половины. И коровы, и лошади, и даже овцы...
– она говорила тихо. Ташка
Я кивнул. Марейка - наша знахарка. Врачевала она многих. И детей и взрослых. Жила на отшибе у леса. Подальше от всех. Всегда приветливая, покладистая. Пропадала подолгу в лесу, выискивая травы и коренья, которыми лечила всю нашу округу.
– Избенку ее сожгли. И ее....
– Сашка говорила все тише, - Мастер Руш дым увидел, кинулся туда, но не успел. И Марейку не вытащил, и сам...
Меня словно холодным ветром обдало:
– Он тоже?
– Нет-нет, - заторопилась Саша, - Он живой. Ослеп только. Глаза выжгло. Он теперь на конюшне за лошадьми ходит. Он хотел домой уехать, ну, в Алар. Да отец не пустил, сказал, что нечего слепому по свету шастать, добрых людей на соблазн грабежа подбивать.
– Так и сказал «добрых людей»?
– я злился.
– Да, - Сашка совсем на шёпот перешла, - Отец повесил их.
Я попытался как-то представить повешенных «добрых людей», но она поправилась:
– Тех, кто Марейку сжег...
Повисло молчание. Да знаю я, что барон в своем праве. И вешать и миловать. Но как-то ...
– Хорошо, что Тилина и Тамара замуж успели, - вдруг непоследовательно сказала Саша, - Хоть за них не надо переживать.
Я не понял, о чем она:
– А за вас надо? Что еще я не знаю?
Саша вообще замолчала. Выдала Ташка:
– Мы в наемницы хотим податься.
Я не поверил своим ушам:
– Чево?!
Ташка гордо задрала подбородок, чем еще больше стала похожа на белку-переростка:
– Мы умеем драться! И грастой даже лучше тебя владеем. Мастер Руш нас слепому бою научил!
– И ты решила, что уже стала знатоком клинка и кинжала?
– я ничего не понимал, - Вы что, серьезно?
Нет, они не дуры, не подумайте. Но что-то цепляло меня в этом во всем, и я не мог понять что. Ладно, разберусь потом. Тем более, что в холл, в запыленной дорожной одежде собственной персоной входил барон Эльгар Райен.
3
После сдержанных приветствий меня сначала накормили, потом натаскали горячей воды в лохань, потом я смыл, а точнее содрал с себя четырехдневную дорожную грязь, оделся в домашнее - и на дворе окончательно стемнело. Но барон Райен не позволил мне счастливо завалиться спать в моей комнате на моей родной кровати, а позвал в свой кабинет.
В небольшом камине горели и потрескивали дрова, раздавая вокруг тепло, и было приятно усесться в кресло и вытянуть ноги после долгой езды в седле.
Барон сидел во втором кресле, стоявшем рядом, и задумчиво смотрел на огонь. Я не особо старался начать разговор, и вообще, всегда чувствовал себя при нем скованно. Лучше я подожду. Он же зачем-то меня позвал?
– Ты почему так рано приехал?
– вдруг спросил он, - Тебе же еще год учиться.
Ну, если дело только в этом...
– В Академии меня больше нечему и некому учить. Преподавателей
и магов по моим способностям нет, а теорию магии и все, что мне нужно знать, мне уже дали. Это не я сказал, это господин Балор - ректор наш. Меня досрочно выпустили.Он смотрел внимательно, но недоверия в его взгляде не было.
– Лицензию получил?
– Да, - я, в общем-то, был готов к подобным вопросам, - Показать?
– Нет. Не надо, - Эльгар Райен хмурился.
Он отстраненно вертел в руках тонкий бокал. Пустой. Бутылка вина стояла нераспечатанной на столике рядом.
– Направление дали?
– снова спросил он.
– Да. В Тихий. На год.
– Ясно, - он на меня не смотрел, - А сам как считаешь, ты чему-то научился?
Вопрос был странным. Если уж дали лицензию... Я пожал плечами и промолчал.
– Тебе сестры, наверно уже рассказали, что дела у нас неважно идут?
– вот теперь он на меня смотрел. Я кивнул, - Урожаи плохие. Как сглазили. Второй год подряд. Еле-еле себе наскребли. Продавать нечего. Поголовье коров еще не восстановили, хотя овец уже хватает. Но о продаже шерсти с них и речи нет.
Он продолжал говорить, а я слушал, как он рассказывает мне о делах, о поместье и скотине, и удивлялся. Он никогда раньше со мной таких бесед не вел. Подумал, что это вступление о том, что денег он мне не даст. Но я и не прошу... Он внезапно перестал говорить о делах и спросил:
– Ты знаешь, что эти две вертихвостки решили в наемницы податься?
Я снова осторожно кивнул.
– Предполагается, что я об этом не знаю, - он грустно хмыкнул, - Они решили удрать. Знаешь почему?
Теперь я мотнул головой отрицательно.
– У меня денег на приданое нет. Вот они и решили подзаработать.
– Но... Вы же их не отпустите?
– неуверенно спросил я.
– Нет, конечно, - вздохнул барон, - Но я даже не могу их на королевские смотрины вывезти.
Н-да. Королевские смотрины это последнее, что могут предпринять обедневшие дворяне, у которых есть дочери на выданье. Это похоже на рынок, на котором дворяне побогаче присматривают себе... Словом, не нравиться мне все это. Но, я-то что могу?
Барон опять молчал, явно на что-то решаясь. И, похоже, решился.
– Тишан, - начал он, - Твой прапрадед, который построил этот дом, воевал. Много воевал.
Знаю я. Мне нянюшка на ночь историю рода, вместо сказок рассказывала. К чему это все?
– И по нашему семейному преданию он спрятал то, что... э... награбил.
Вот это да! Эльгар Райен решил называть вещи своими именами? Чудны дела Небесные. Я, кстати, не знал об этом предании.
– Спрятал где-то здесь, в этом доме. Искали все. И я тоже, по молодости. Как ты понимаешь, не нашли, и решили что это просто... сказка...
Я понял. Он хочет, чтобы и я поискал. Да запросто!
– Хорошо, - я перебил его, - Я поищу. Но обоз, с которым я сюда добрался, через день пойдет дальше, в Лирию. Мне хотелось бы...
Барон Райен разглядывал меня, словно увидел в первый раз. И, кажется, был удивлен.
– Я понял тебя, - наконец сказал он, - Задерживать не буду. Найдешь - хорошо, нет, значит, нет.
День второй
День второй
1