Брэкстен
Шрифт:
— Поведай нам, как это тяжело. — Отец отрывает губы от гармошки, но следует мелодии. — Поведай от своей души.
— Это очень тяжело, — нараспев голосит Ханна, вкладывая в эти слова всю душу. — Но это делает меня сильнее.
— Да, так и есть, — подбадривает ее отец. — Спой об этом, девочка.
Алиса, Райан и Гвен хлопают в такт мелодии, а мы с братьями с удовольствием слушаем.
Я говорил это раньше и повторю еще раз: чертовски хорошо, что она такая милая, потому что у ребенка напрочь отсутствует слух, но зато самая широкая душа из всех людей, кого я когда-либо
Меня преследовала только одна мысль, одна цель, — найти врага и уничтожить его самым бесчеловечным, невообразимым способом.
Когда песня подходит к концу, вокруг костра раздаются аплодисменты.
— Спасибо, спасибо. — Ханна кланяется с выражением гордости на испачканном личике. — Мы с партнером вернемся завтра вечером. В то же время, в то же место.
Я ухмыляюсь, обожая ее остроумие.
— Если только зрители не захотят позвать нас на бис? — добавляет она, устанавливая зрительный контакт со всеми нами.
— Я так не думаю, — перебивает Райан, поднимаясь со стула. — Маленькой блюзовой певице пора спать.
Плечики моей племянницы разочарованно сникают.
— Ну, ма-а-ам.
— Не мамкай мне, тебе давно пора спать.
— Можно я останусь на ночь с папой Тэтчером и мисс Гвен?
— Милая, ты не можешь навязываться на ночевку к кому-то домой, — мягко упрекает Райан.
— Но это не просто кто-то, это папа Тэтчер, — возражает малышка, делая правильный вывод.
— Вот именно, — вмешивается отец. — Мой дом — это ее дом, и мы с Гвен были бы рады, если бы она осталась, не так ли, дорогая?
Он смотрит на Гвен, побуждая ее согласиться.
Она кивает.
— Безусловно.
Ханна улыбается Райан.
— Значит, я могу остаться?
— Да, малышка, ты можешь остаться, — отвечает Джастис.
Полученное одобрение заставляет мою племянницу прыгать от радости.
— Да-а-а!
Райан качает головой при таком повороте событий, но ее улыбка затмевает все.
— Иди и обними мамочку и папочку, — напутствует Ханну мой отец. — Я отведу тебя умыться, а потом мы с мисс Гвен почитаем тебе перед сном сказку.
Обняв Джастиса и Райан, она желает нам всем спокойной ночи и направляется вдомс моим отцом. Гвен остается прибираться, в то время как Джастис спешно уводит Райан, явно стремясь с пользой провести время наедине.
Встав со стула, я собираюсь сделать то же самое с Алисой, но меня останавливает Нокс, опустив руку мне на плечо.
— Есть минутка? — спрашивает он, указывая на оружейный сарай.
Беспокойная энергия, которую я ощущаю в брате, заставляет меня быстро согласиться.
— Да, конечно. — Мой взгляд перемещается к Алисе. — Я ненадолго.
— Все в порядке, — уверяет она. — Я помогу Гвен прибраться. Встретимся в доме.
Ее понимание только подтверждает то, что я всегда знал: она идеальна не только для меня, но и для моей семьи.
Обхватив
рукой ее талию, притягиваю ее ближе, одаривая долгим, глубоким поцелуем с обещанием большего в будущем.От ласки она нетвердо стоит на ногах и краснеет даже в тех местах, добраться до которых я чертовски жажду.
После этого я бегу догонять Нокса, который уже направляется к сараю.
Поравнявшись с ним, иду в воцарившейся тишине, напряжение, возникшее между нами за последние несколько недель, растет с каждым шагом. Нокс лезет в карман за сигаретой и закуривает.
Он делает долгую, глубокую затяжку, огненный кончик освещает его лицо, усиливая страдания, терзающие его ежедневно.
Страдания, которые я хотел бы взвалить на себя, как собственные.
— Когда ты бросишь это дерьмо? — спрашиваю я, нарушая тишину.
По поводу этого я часто устраиваю ему и Джастису ад, но, по правде говоря, не возражаю против так сильно, как заставляю их верить. Запах сигарет у меня ассоциируется с братьями. И всегда напоминает дом.
— Никогда, — отвечает он, как обычно, прежде чем бросить на меня взгляд, за которым вскоре следует ухмылка.
На что я сам ухмыляюсь. Хватаю его за голову, и мы оба, смеясь, входим в сарай. Включив свет, я вижу еще один начатый проект, его части разбросаны по всему столу, за которым работает Нокс.
С удивленным видом поворачиваюсь к нему.
— Что-то новенькое?
Он глубоко затягивается и кивает.
Прислонившись к шкафу в другом конце комнаты, скрещиваю руки на груди.
— Последнее время ты проводишь здесь много времени.
Он выдыхает облако дыма и говорит:
— Да, так я убиваю время, раз вы, парни, все время заняты.
Удар не проходит незаметно.
— Для тебя мы никогда не будем слишком заняты, брат.
Нокс отводит от меня страдальческий взгляд, отказываясь признавать мои слова.
Я не позволю ему этого. Больше нет.
— Я серьезно, Нокс. Я знаю, что с появлением Алисы многое изменилось, но...
— Это охренеть как мягко сказано, — ворчит он.
Появляющееся раздражение вытесняет чувство вины, которое постоянно мучило меня.
— Что ты ожидаешь от меня услышать? Не то чтобы я ожидал, что такое произойдет, но я об этом не жалею, иначе она до сих пор была бы с этим куском дерьма.
И не со мной.
Я решаю оставить последнюю часть при себе, зная, что для Нокса это достаточно тяжело.
— Ничего, — бормочет он, продолжая избегать моего взгляда. — Я ничего не ожидаю от тебя услышать.
— Тогда зачем привел меня сюда? Чтобы сказать, какой я дерьмовый брат?
Нокс совершенно безразлично тушит сигарету.
— Такое не входило в план, нет.
— Тогда в чем твой гребаный план? — я теряю терпение.
— В том, чтобы извиниться, ясно? — рявкает он, в его черных глазах бушует адское пламя, когда наши взгляды снова встречаются.
— Ну, это жалкое извинение!
— Не то чтобы для меня это было легко, — огрызается он в ответ. — Я знаю, что нужно сделать, знаю, что нужно сказать, и что я должен принять, но не могу двигаться дальше так быстро, как вы!