Без багажа
Шрифт:
Он подмигнул мне и быстро вышел из комнаты, бесшумно закрыв дверь, оставив меня в полнейшем недоумении от произошедшего.
За ужином и ложась в постель я все думала о чудесной трансформации «Ричарда – мальчика» в «Ричарда – мужчину». После часа вращения с боку на бок, пришлось себе признаться, что «Ричард – мужчина» – весьма привлекательный объект. К тому же видеть своим женихом кого-то наподобие тех «нормальных» громил мне не хотелось. Я решила подождать хотя бы три дня. На том и уснула.
Глава 4 Розы и коктейли
К завтраку спустилась рано. Как меня предупреждала вчера Стелла, он был в семь утра. За столом собралась вся семья из четырех человек.
– Познакомься,
Ее муж, шкафообразного вида мужчина лет сорока, взглянул на меня из-под сведенных бровей.
– Очень хорошо, – его взгляд, тяжелый, оценивающий, прошелся по мне от легких сапожек до платья с открытыми плечами и каштановой макушки головы. – Шон, – обратился он к своему старшему сыну фигурой похожего на него, а глазами – на мать, – приглядись, какая она стройная и ладная. Ей рожать самое оно и волосы красивые, и глаза, дети будут симпатичные, особенно девочки – тут он многозначительно взглянул на Ричарда.
– Да, папа, Лорейн очень красивая, – Шон спокойно поглощал завтрак, шаря глазами по столу и пытаясь выбрать что-то повкуснее. После того как выбирал, поглядывал на меня и снова возвращался к еде. А Ричард, сидевший прямо напротив отца, ни разу не поднял взгляд от стола.
«Скромника играет, я-то уж вчера насмотрелась на этого волка в овечьей шкурке».
Словно почувствовав шевеления моих мыслей, он вдруг сказал:
– Я бы хотел показать Лорейн нашу планету. Уверен, ей будет интересно.
– Да что ты можешь знать о том, что нужно женщине! Шон, после работы сходите куда-нибудь. К тому же Ричард ее не сможет защитить от своих же коллег! – и он некрасиво засмеялся. Затем наложил понравившиеся блюда в тарелку и уставился в планшет большого формата. Слово перешло к изящной и не по возрасту гибкой Стелле.
– Лорейн, попробуйте эти котлетки, готовились по старинному семейному рецепту. И этот салат. Просто мечта кулинара, не сомневайтесь. Сегодня мы пойдем по магазинам, вы же прибыли без багажа?
– Да, вы правы. Мне бы хотелось что-то прикупить, все мои вещи остались на космическом лайнере.
– И прическу вам сделаем, – осторожно как бы прощупывая почву добавила она.
– А что не так с моей?
– Слишком короткие волосы могут привлечь неожиданное внимание. Лучше нарастить волосы специальной технологией.
«Наверное намекает на вчерашнее происшествие».
Завтрак был закончен, все поблагодарили Стеллу, я в том числе, а она буднично осведомилась:
– Джейк, подкинешь Ричарда до работы?
– У него достаточно средств купить себе флайер, – проверяя содержимое портфеля ответил отец.
– Я подвезу, мам, – это Шон.
– Разбалуешь ты его, зря это! – прокомментировал старший Стивенсон.
На часах восемь утра, и мы собираемся уходить. Стелле как женщине не положено водить флайер, поэтому она вызывает специальную службу «доставка жены», и мы едем в межпланетный торговый центр.
Закупившись тремя платьями разных фасонов, повседневными брюками и майками, парой кроссовок и туфлями, приобрела небольшой чемоданчик. Стелла подобрала себе несколько более строгих образов, соответствующих образу почтенной дамы – матери семейства, и две майки для Ричарда, а также по паре рубашек купила Шону и Джейку. Всем поровну, как пояснила она. Потом, в салоне красоты мне вырастили волосы на двадцать сантиметров, так, что они стали не до середины шеи, а до лопаток. Стелла советовала
сделать еще длиннее, но я отказалась. Потом мы пошли в кафе. Оно по меркам моей планеты более походило на ресторан: столы, заправленные белыми вышитыми скатертями, официанты в строгой форме, живая музыка. Мне бросился в глаза контраст: музыканты, бармены, хостес – все были худощавого строения, не очень высокими, смертельная скука проглядывала иногда за их почти безэмоциональных лицах со слегка женственными чертами; клиенты ресторана и вообще торгового центра – накаченные мужчины, высокие, плечистые, занимавшие сразу половину стола, многие носили бороды и массивные кольца, одежду скромных оттенков, говорили отрывисто и по делу, почти не смеялись, в основном – просто ели, рядом с некоторыми из мужчин сидели женщины стройные и пухлые, большие или маленькие, утыкаясь в планшеты или делая заказы. Такое очевидное различие доводило меня до когнитивного диссонанса. Эти две группы индивидуумов не производили впечатления цельного общества, по крайней мере здорового.– Скажите, Лорейн, когда вы планируете уезжать?
– Ближайшим рейсом, я ведь так и не долетела до точки назначения.
– А вы уже взяли билеты?
– Пока нет, еще есть думаю пара дней, закажу. Билеты в столицу всегда есть, по крайней мере с пересадкой.
– Конечно, главное вовремя определиться, – улыбнулась миссис Стивенсон.
– Могу я задать личный вопрос, Стелла?
– Попробуйте, – грустно улыбнулась она. И в этот момент она неуловимо стала похожа на Ричарда.
– Похоже ваш муж любит первого сына больше, чем второго? Это с чем-то конкретным связано или тут… так принято?
– Так принято. На Каледонии Шон считается успешным, потому что он может много работать физически и не уставать. А значит компании шахт получают отличного работника на основном производстве, а в последствие, как и случилось с Шоном, инженера, поднявшегося из низов. Мой сын – завидный жених, уже две девушки хотели с ним встречаться, но Шон отказал им. Мне они не очень понравились, поэтому я даже спрашивать не стала о причине его отказа. Так что, у вас тоже есть шанс. Если сложится, то оставайтесь, Шон обеспечит вам достаток и уважение в обществе.
– Понятно, а как насчет Ричарда?
– Оу, как бы мне ни хотелось женить его, у него нет шансов, по крайней мере на Каледонии.
– Почему? Из-за недостатка силы? Но он же вроде умный, работает с цифрами и неплохо.
– Да, все так. Но мало того, что он фигурой не статный, еще и вращается в трущобах. Мы закрываем на это глаза, понимаем, что он не может по-другому. Искусство – это его жизнь, он ненавидит цифры, но мир такой, какой он есть, нужно думать о будущем: о семье, доме, достатке. А он не хочет. Очевидно, его больше привлекают удовольствия в жизни. Нет, я не против искусства, я сама когда-то пела на всяких посиделках подруг. Но я женщина, и я этим не выделялась. Знаете, то одна споет, то другая. А мужчины поют редко. И хороших денег этим не заработаешь, увы.
– Но мир такой большой, возможно на другой планете оценят его талант, – закинула удочку я.
– Он хочет накопить на билет, потому что отец отказал ему в средствах и запретил Шону давать ему денег. Сказал «если хочет по сцене прыгать – путь прыгает, но на свои».
Я просто ужаснулась. Получается Рич ходит как по лезвию ножа каждый день: побьют его за то, какой он есть или не побьют, осудят или нет в собственной семье. Похоже в жизни он играет роль, которую навязало ему общество и неплохо играет. А по ночам живет так, как хочет. Смелый ли он? Да. Ответственный ли он? Да. Упорный? Скорее всего.