Бесстыжая
Шрифт:
– Завтра? – озабоченно переспросила Шелби. – Я надеюсь, что ты вернешься к официальному ленчу, который я устраиваю? В пятницу вечером, Я забронировала «Яхт-клуб» на Нортпойнте.
– Официальный ленч? И что ты делаешь? Покупаешь лодку?
– Не совсем. – Она поманила его пальцем и с загадочным видом отступила в фойе. – Заходи, мой дорогой. Именно поэтому я и хотела с тобой поговорить.
С прошлой недели, когда Шелби позвонила ему и сказала, что хочет с ним пообедать, Люк понял, что дело плохо. Каким-то образом случайное свидание превратилось в постоянное проживание. В тот день она что-то говорила о своем
– Поговорим здесь, – предложила она, приведя его в парадную гостиную, где около большого кресла у камина стояла бутылка вина в корзине со льдом. – От камина идет сильное тепло, но ты просто сядь и расслабься, ладно? Я налью тебе шардонне.
Люк чувствовал, что за все это внимание ему потом придется дорого платить, но, по крайней мере, Шелби неожиданно становилась достойным способом отвлечься. На это она была мастерица. И действительно, его соблазнительница была так искусна, что ему не оставалось ничего другого, как развалиться в кресле и подчиниться ее заботе и помощи.
Когда он снял куртку и повесил ее на спинку кресла, записка Джесси выпала из кармана и спланировала на пол, на мгновение создав ощущение полета бабочки. Люк подобрал ее и чуть было не бросил в камин. Слава Богу, хранить подобные свидетельства прошлого было не в его привычках. Но что-то удержало его, и он принялся вновь изучать записку. Неужели он так плохо видит из-за алкоголя, или это у Джесси что-то с почерком? Он никогда не замечал того, как интересно она пишет, например, букву «i» – с черточкой вместо точки.
Повинуясь внезапному импульсу, он достал из заднего кармана джинсов бумажник и извлек – оттуда письмо с угрозой, полученное им несколько недель назад. «ДЕРЖИСЬ ПОДАЛЬШЕ ОТ ХАФ МУН БЭЯ, – гласило оно. – ХЭНК ФЛАД УМЕР НАСИЛЬСТВЕННОЙ СМЕРТЬЮ, И У МЕНЯ ЕСТЬ НОВЫЕ ДОКАЗАТЕЛЬСТВА ТВОЕЙ ПРИЧАСТНОСТИ К ЭТОМУ УБИЙСТВУ». Слова были написаны так, как пишут дети, чтобы исказить настоящий почерк, и над всеми буквами «i» стояли обыкновенные точки. Над всеми, кроме последней, над которой было некое подобие черточки. Наверное, она нервничала и не заметила, что под конец выдала себя, подумал Люк. Теперь он понимал, в каком отчаянии тогда находилась Джесси, и ему стало грустно. Он был опечален но не удивлен. Она ведь имела дело с сумасшедшим. С ним.
– Что это? – спросила вернувшаяся с вином Шелби.
Люк некоторое время смотрел на нее пустым взглядом, пока Шелби не заметила смятые бумажки, которые он держал в руках. В последний раз взглянув на эти два напоминания о прошлом – о том кошмаре, с которого все это началось, и об их неудачном браке – Люк смял записки и швырнул их в камин.
– Ничего особенного, – сказал; он. Шелби улыбнулась.
– О, как раз с тобой я и хотела поговорить, – произнес в трубку мягкий, как шелк, голос.
Джесси немедленно пожалела о том, что взяла трубку. Это звонила Шелби, а Джесси предпочла бы прогулку голыми ногами по раскаленным углям разговору со своей сестрой. После отъезда Шелби Мэл пребывала в дурном настроении, а сейчас у нее начался очередной приступ астмы. С другой стороны, Джесси очень хотелось узнать, что происходит в Сан-Франциско.
–
Шелби, я очень занята, – сказала она не слишком вежливо. Это была правда. Она работала над своей частью программы обновления финансовой и издательской политики «Уорнек Комьюникейшенс», которую нужно было представить совету директоров. Они с Мэттом занимались этим уже целую неделю, зная, что их подчиненным нужно будет нечто большее, нежели остроумные фразы, например, солидный план, который поможет газетной ветви компании встать на ноги.– Но ведь минутка у тебя есть, – заметила Шелби. – Я думаю, ты будешь рада хорошим новостям.
– Я действительно люблю хорошие новости. Ты что, умираешь от какой-нибудь болезни?
– Джесси! Ну когда ты перестанешь быть такой скотиной?
– Тогда ты, наверное, хочешь рассказать мне о хороших новостях, касающихся тебя?
В трубке на мгновение воцарилось молчание.
– Я устраиваю вечеринку, – проговорила Шелби, игнорируя реплику сестры. – Ты, разумеется, приглашена.
– Вечеринку? – Джесси пыталась говорить безразличным тоном, но ее дыхание было неровным. – Это означает, что тебе есть, что праздновать?
– О, да! – В голосе Шелби был оттенок искреннего чувства. Ее сестра просто кипела радостью, и на мгновение Джесси пожалела о том, что не может разделить с Шелби ее хорошие новости так, как это обычно делают сестры.
– Я устраиваю официальный ленч в честь открытия моего консультирующего агентства, – объяснила Шелби. – Я получила начальный капитал и хочу таким образом поблагодарить инвесторов.
– Правда? Как тебе удалось добиться этого так быстро?
– Люк, – небрежно ответила Шелби. – Большую часть денег я получила от него. Он даже готов оказать мне личную поддержку, надев то, что я выбрала для него сама. Я все еще пытаюсь убедить его поучаствовать в моей рекламной кампании. Тебе не кажется, что из Люка получится восхитительная модель? Черные глаза, черные волосы… И эта еле заметная неровность в походке – мне она так нравится. И потом, это очень сексуально.
У Джесси так пересохло в горле, что она не могла говорить. В памяти мгновенно возникла картина – хромая. Люк с очевидным усилием и слезами на глазах идет ей навстречу по склону оврага. Шелби каким-то образом удалось принизить ее сокровенные воспоминания. Джесси в ярости сглотнула слюну. Она надеялась – молилась, – что Люк пошлет Шелби куца подальше. То, что он будет финансировать ее бизнес, а она будет выбирать ему одежду, предположить было невозможно. Какое милое маленькое соглашение!
– Он просто душечка, – продолжала Шелби. – Предложил мне пожить у него в доме. Я не знаю, что бы я делала без него.
– Предложил тебе… пожить?!
– Да, представляешь? Я теперь живу здесь, разве я тебе об этом не говорила?
Джесси чуть не выронила телефон. Она дрожала и старалась не дышать, опасаясь, что Шелби это услышит. Нужно было вычеркнуть из памяти все воспоминания, прекратить мучить себя образами Люка и Шелби или предположениями о том, что происходит между ними сейчас. Может быть, Джесси просто убедила себя в том, что Люк не даст ее сестре соблазнить его во второй раз. Но она ошибалась. Мысль о том, что они живут и спят вместе, приводила ее в бешенство! Господи, да она этого просто не вынесет. Ее рука непроизвольно сжала трубку.