Чтение онлайн

— У тебя и так отличная репутация, — изумилась Фредди.

— Вовсе нет, — затрясла головой Джо-Нелл, — часть мужиков считают меня ангелом смерти: «Чуть переспишь с этой крошкой — и тут же склеишь ласты!» Оставшиеся держат меня за шлюху: мол, все самое замечательное у меня между ног. А теперь, после автокатастрофы, я стану чем-то вроде музейной редкости. Меня будут разглядывать, расспрашивать и обходить стороной как чумную. Типа, невезучесть заразна.

— Ты преувеличиваешь, — возразила Фредди.

Я только покосилась на нее. Господи, меня просто тошнило от того, как она цацкается

с Джо-Нелл. Сидя на железном стуле и уткнув подбородок в ладони, я думала, что Джо-Нелл совершенно права: у нее безобразная репутация. Но нельзя же заигрывать с чужими мужьями и ожидать всобщего одобрения! Их жены, разумеется, ненавидели Джо-Нелл. И если она уедет из Таллулы, ей придется перебраться за границу, чтобы спрятаться от молвы. Но стоит ей приехать туда, как она тут же встретится с кем-то из Таллулы.

Я и раньше знала, что когда-нибудь это случится: Джо-Нелл попадет шлея под хвост, и она решит удрать. Я даже стала обрабатывать Фредди: попыталась уговорить ее остаться в Таллуле.

— Что может быть важнее семьи, — сказала я ей как-то вечером.

— Разумеется, ничего, — согласилась Фредди. Она лежала на диване, обитом тканью в цветочек, и ела попкорн.

— Уж конечно, не изучение китов, — прибавила я.

— Что? — изумилась Фредди и уронила кусочек попкорна.

— Я хочу сказать, можно спасать и других животных.

— Да о чем это ты? — Фредди наморщила лоб. Она поднялась на диване, прижав к груди ведерко с попкорном.

— Вот, к примеру, африканские носороги, — пояснила я, — браконьеры истребляют их из-за рогов. Есть даже специальные полицейские по охране носорогов, но их не хватает. Представляешь, какой кошмар?

— Но моя специальность — киты, — возразила Фредди.

— Ну и что? А ты перемени ее. — Я щелкнула пальцами. — Или тебе наплевать, что в африканском национальном парке (забыла название) осталось менее тридцати носорогов?!

— Ты-то откуда знаешь?

— Телевизор смотрю.

— А-а, — протянула Фредди, уставившись в ведерко, — а у нас в Дьюи нет телевизора.

— А как же ты смотришь шоу Леттермана?

— А я и не смотрю.

— Купила бы хоть самый маленький, фирмы «Сони», — сказала я. — Ты и представить себе не можешь, как много упускаешь.

Не мне, конечно, говорить об упущениях, но она же не видела списка безопасных и небезопасных мест. В нем все как в песне «Мир так тесен». Иногда я задумываюсь, не составлен ли он для людей вроде меня. Наконец я поднесла свои часики к свету и увидела, что мы сидим у Джо-Нелл уже целых пятнадцать минут. Я решила, что пора закругляться, а потому встала и объявила:

— Джо-Нелл, у нас тут очень плохие новости.

— Стой, я угадаю! — перебила она. — Фредди перепихнулась с Джексоном?

— Это тебя не касается, — заорала я. — Слушай, ты, озабоченная! У нас большая беда: Минерву положили в больницу, на шестой этаж.

— Что?!

— Она упала в обморок, — пояснила я.

— Но теперь-то хоть оправилась?

— Кардиолог говорит, что все в порядке, но я как-то не уверена, — вставила Фредди. — Сегодня ее обследуют.

— Боже, что же такое с нашей семьей? — воскликнула Джо-Нелл.

— Все дело в проклятии, — пробормотала я себе под нос, — и ни в чем другом.

Как

только мы с Фредди вошли в лифт и остались одни, я спросила:

— Так вы с Джексоном и правда занимались этим?

— А тебе-то что?

— Просто любопытно. — Я пожала плечами. — Я вот думаю: неужто ты снова клюнешь на него. Во второй раз!

— Можно подумать, тебе не все равно.

— Нет, вовсе нет.

— С чего это вдруг?

— С того, что Минерва в больнице и с ней бог весть что творится, Джо-Нелл переезжает, а с тобой вообще ничего не понятно. И только я по-прежнему сижу на старом месте, как всегда. Словно и не живу.

— Просто ты трусиха.

— Вовсе нет.

— Р-р-р! — зарычала вдруг она, раскинув руки. От неожиданности я завизжала и отскочила к противоположной стенке лифта.

— Вот видишь?

— Это от неожиданности. — Я оправила юбку, разгладив все складочки.

— Если ты боишься грабителей, — поучала меня Фредди, — купи себе газовый балончик.

— В Таллуле таких не продают.

— Ну так что-нибудь в этом роде.

Двери лифта со свистом открылись, и на нас уставились две медсестры. Я выскочила наружу, шарахнувшись от Фредди, как от умалишенной, и радостно вдохнула прохладный, не загрязненный бактериями воздух.

Теперь, когда Минерва тоже попала в больницу, сестры стали навещать меня по очереди. Если Фредди шла наверх, Элинор сидела у меня: они словно сговорились не оставлять меня наедине со сновавшими туда-сюда докторами. Забегая в мою палату, доктор Джей Ламберт с изумлением глядел, как Элинор кромсает «Нэшнл инкуайрер». На его лице было написано: «Боже, куда я попал?! Да тут же сумасшедший дом!» Мы свободно вздохнули, лишь когда эта обжора убралась в кафетерий «перекусить». Джей Ламберт задернул за собой занавеску и кинулся ко мне, на ходу расстегивая ширинку.

— Только осторожно, — предупредила я, оберегая свою ногу.

— Конечно-конечно. — И он стянул с меня одеяло. — Но я очень спешу.

— Ничего, зато мне вот спешить некуда, — ответила я, поглаживая его мгновенно напрягшийся причиндал.

После его ухода я стала смотреть мыльные оперы. Казалось, моя жизнь превратилась в нечто подобное: только без нарядов и красивых мужчин. Рано или поздно Джей Ламберт заявит, что надо поостеречься, а то его жена что-то заподозрила. Если бы мне давали по десять центов за каждую подозрительную жену, я бы уже скопила на «лексус». Но какая разница! Через пару месяцев у меня будет совершенно новый адрес: Маунт-Олив, штат Техас.

Джей забегал ко мне каждое утро, как раз перед началом «Дерзких и красивых». Приносил цветы, конфеты и золотые побрякушки. Больше всего мне понравилась булавка с лягушкой.

— Из-за тебя я просто теряю голову, — говорил он. И я, как обычно, не спрашивала, что об этом думает его жена.

— Рада слышать, — отвечала я, — но лучше будь повнимательней.

— А что? — Он так сморщился, словно был готов расплакаться.

— Видишь ли, мой милый, — я погладила его по лицу, — без головы тебе будет несладко. Ты же — доктор.