Альфасамка
Шрифт:
— Мишель, ты отобьешь у меня всех мужиков!
Мы обнялись, расцеловались и, мило щебеча, отправились в сигарную комнату. Когда вошли, я быстро осмотрела зал и обнаружила за столиком в углу Николая Валерьевича в компании солидного мужчины и двух длинноногих девиц в очень коротких юбках. Мужчины курили сигары и пили коньяк, а их спутницы допивали пол-литровую бутылку мартини. Увидев интересующий меня объект, я шепнула Мишелю: — Он здесь, садимся так, чтобы нас было видно…
Мишель радостно кивнул, и мы уселись в центре зала. К нам подошел виталье, и мы заказали пару доминиканских сигар и по бокалу винтажного
— Ну, покажи мне, покажи этого счастливчика! — стал уговаривать меня Мишель. — Или лучше давай я угадаю, — и он начал крутиться во все стороны, бесцеремонно разглядывая присутствующих в зале мужчин. Подобные выходки были очень в его стиле.
— Если ты не успокоишься, милый, я случайно пролью на твой канареечный пиджак портвейн, — спокойно сказала я. Мишель картинно надул губы, но дурачиться перестал.
И в этот момент к нам подошел Николай Валерьевич.
Он был сама элегантность — темно-серый костюм в тонкую полоску, бордовая рубашка с металлическим отливом и платиновыми запонками.
— Добрый вечер, — сказал он, обращаясь к моему спутнику. — Вы позволите присесть за ваш столик?
— Конечно, позволим, — заулыбался Мишель, — присаживайтесь, будьте так любезны.
— Мы, кажется, работаем в одной компании? — спросил он, поворачиваясь ко мне.
— Неужели? — удивилась я. — То-то мне ваше лицо показалось знакомым…
— О, извините, забыл представиться — Николай.
— Мишель, — напомнил о себе мой приятель, и мужчины пожали друг другу руки.
— Екатерина, — улыбаясь, сказала я.
— Я смотрю, вы курите сигары? — спросил у меня Николай Валерьевич.
— Катя их обожает, — ответил Мишель. — Все время таскает меня по всяким сигарным клубам и магазинам. Я уже сам разбираюсь в этих сигарах не хуже любого виталье!
— Серьезно? — удивился Николай Валерьевич. — Мало женщин действительно любит сигары.
— Вы хотите сказать, что некоторые женщины курят сигары, только чтобы понравиться мужчинам? — с вызовом спросила я, глядя ему прямо в глаза.
— Вы необычная женщина, Екатерина, — сказал он, игнорируя мой выпад, но не отводя взгляд. Некоторое время мы сидели молча, не отрываясь глядя друг другу в глаза.
— Гриша, ты скоро? Мы уже скучаем, — позвала Николая Валерьевича одна из девиц в короткой юбке. Он отвел глаза и посмотрел на Мишеля.
— Рад был познакомиться. Извините, вынужден откланяться, меня ждут… э-э-э… друзья, — с этими словами он встал, пожал руку Мишелю, поцеловал руку мне и удалился.
— Дорогая, он сражен, — резюмировал мой приятель. — Жди приглашения на свидание.
Мы переглянулись и заулыбались. Охота прошла удачно. По крайней мере, для одного из нас.
На следующий день в моем кабинете на столе я обнаружила корзинку с цветами и записку: «Как насчет ужина с сигарами сегодня вечером? Буду ждать вас ровно в семь у входа в офис. Николай». Я радостно запрыгала по кабинету. В этот момент дверь открылась и вошел мой шеф.
— Я смотрю, у тебя все в порядке, — угрюмо пробурчал он.
— Что-то случилось, Семен Петрович? — спросила я. На начальнике просто лица не было.
— Неприятная новость. Кажется, наш отдел решили расформировать…
— Не может быть! — воскликнула я. — Как же так?!
— А
вот так! — ответил шеф, прикуривая сигарету. — Ты пока никому не говори. Мне по секрету сообщил вице-президент.Он затянулся и продолжил:
— Отдел ликвидируют через месяц. Так что можешь начинать подыскивать работу.
С этими словами он вышел из моего кабинета. Я открыла окно, чтобы проветрить сигаретный дым и немного остудить голову. Мысли роились в голове, как пчелы в улье. Работать в компании мне нравилось и совсем не хотелось искать новое место. Я проработала здесь почти пять месяцев, и снова ходить по собеседованиям желания не было никакого. Закрыв окно, я села за стол, и мой взгляд упал на цветы. Решение, что делать дальше, пришло само собой. Как можно скорее надо было инициировать роман с Николаем Валерьевичем. И не просто роман. Мне было нужно, чтобы он в меня влюбился… Остаток рабочего дня ушел на выработку детального плана задуманной боевой операции.
Николай Валерьевич ждал меня в своей машине около офиса. Когда он меня увидел, то просто открыл рот. На мне было узкое черное платье до пят, с очень длинными рукавами и высоким воротником — фигуру подчеркивало идеально, но открывало при этом только пальцы рук и носки туфель. Николай Валерьевич несколько минут продолжал сидеть в машине и смотреть на меня. Потом он очнулся, взял себя в руки, вышел из машины и открыл передо мной дверцу:
— Вы так пришли сегодня на работу? — спросил он.
— И вам добрый вечер, Николай Валерьевич, — ответила я, усаживаясь в его машину. — Если вы спрашиваете про платье, то мой ответ: «Нет». Я специально переоделась для нашего ужина.
Я не стала посвящать будущего любовника в подробности своего обеденного перерыва, который, как и половину моей месячной зарплаты, потратила на поиск подходящего платья.
Николай Валерьевич как-то слишком серьезно посмотрел мне в глаза, потом, не говоря ни слова, закрыл дверцу и сел за руль. И повернулся ко мне:
— Извините, я не ожидал увидеть вас в таком виде. Я просто в шоке. Вы потрясающе выглядите! — сказал он, улыбаясь и целуя мне руку. — Добрый вечер!
Ужин прошел интересно. Общение с Николаем Валерьевичем было похоже на шахматную партию или скорее на дуэль. Мы перекидывались словами, словно перестреливались. Давно я не встречала мужчину, которого бы мне так сильно хотелось переиграть. Тогда он показался мне достойным соперником.
Сексом мы занялись в тот же вечер. В его машине. Инициатором выступила я. Было уже поздно, он вез меня домой после ужина. Николай Валерьевич пропустил нужный поворот. Чертыхнувшись, он съехал на обочину, включил аварийку и начал сдавать назад.
— Остановитесь, пожалуйста, — попросила я.
Он остановился и посмотрел на меня:
— Что случилось?
Я молча подняла ручной тормоз, медленно повернулась, взяла его за лацканы пиджака, притянула к себе и поцеловала в губы. Он явно не ожидал такого поворота, но быстро включился в игру. Мы какое-то время целовались. Потом я, все так же не говоря ни слова, залезла на него сверху. На этот раз Николай Валерьевич даже удивленно поднял брови, но тоже промолчал. Под моим длинным платьем белья не было, только одни чулки. Все было продумано и подготовлено заранее. Я знала, какой эффект произведет на него это открытие…