Тынянов Юрий Николаевич список книг

ЖАНРЫ

Поделиться с друзьями:

Тынянов Юрий Николаевич

Рейтинг
8.63
Пол
мужской
Дата рождения
6 [18] октября 1894
Тынянов Юрий Николаевич
8.63 + -

рейтинг автора

Биография

ТЫНЯНОВ ЮРИЙ НИКОЛАЕВИЧ (1894-1943) -писатель и литературовед.

Родился в семье врача. В 1918 году окончил историко-филологический факультет Петроградского университета. Во время учебы стал изучать жизнь и деятельность В. К. Кюхельбекера - лицейского друга А. С. Пушкина, поэта и критика, декабриста. Тынянов был первым, кто прочитал оставшиеся в рукописи произведения Кюхельбекера и впоследствии опубликовал их.
В 1918-1921 годах служил в Коминтерне переводчиком французского отдела. В 1921-1930 годах - действительный член и профессор Российского института истории искусств, где читал лекции по истории русской литературы. Первая книга - "Гоголь и Достоевский. (К теории пародии)" - вышла в 1921 году. Уже в этой небольшой книге сказались характерные черты Тынянова как историка литературы. С поразительной интуицией он умел "читать текст", нащупывая в нем внутреннюю, затаенную жизнь.
Немногим, однако, было известно, что Тынянов не только выдающийся ученый, но и человек с большим художественным дарованием. Среди этих немногих был К. И. Чуковский, нередко слушавший устные рассказы Тынянова, в которых тот представал "живописцем человеческих характеров", умевшим через мимическую сцену, через тут же импровизируемый диалог, через жест артистично воспроизвести образ и выявить существо личности как многих своих современников, так и людей прошлых эпох.
К. И. Чуковский огорчался тем, что Тынянов-ученый не давал ходу Тынянову-художнику. И когда после услышанного им однажды из уст Тынянова рассказа о трагической жизни забытого поэта Кюхельбекера представился удобный случай. Чуковский сначала включил в план одного из издательств небольшую книжку об этом человеке, а затем отправился к Тынянову. "Если бы не бедность, угнетавшая его тогда особенно тяжко, он ни за что не взялся бы за такую работу, которая отвлекала его от научных занятий", - вспоминал Чуковский. С большой неохотой, но написать книжечку Тынянов все же согласился.
Прошло всего несколько месяцев, и весьма взволнованный автор вручил изумленному Чуковскому увесистую рукопись "Кюхли", намного превышавшую запланированный объем. К столетнему юбилею декабрьского восстания книга увидела свет.
Наука и литература органически слились в первом романе Тынянова "Кюхля" (1925). Была какая-то странность в названии произведения, даже некое противоречие между заглавием и подзаголовком "Повесть о декабристе". "Кюхля" - слово необычное, и, конечно же, не имя, а, скорее всего, ироническое прозвище. И прямо под этим словом на обложке - слова другие, говорившие о серьезном, о значительном, об одном из самых важных движений в истории России - декабризме.
Контраст здесь явно входил в замысел автора: названием книги давалось понять, что на ее страницах речь пойдет о вещах непростых и противоречивых - лишь по видимости странных и даже смешных.
Действительно, с первой же страницы своего романа Тынянов захватывает читателя движением от простого к сложному. От мелких подробностей быта давно ушедшей эпохи к постижению ее драматических противоречий. Круг захватываемого книгой жизненного пространства становится все шире, а ее проблематика - все более волнующей. История смешного долговязого мальчика вырастет в повесть о декабристе и в роман о декабризме.
Писатель и революционер, "пропавший без вести, осмеянный понаслышке", как писал автор о Кюхельбекере во вступительной статье к собранию его стихотворений, ожил в романе во всей силе своих чувств, надежд и стремлений. "Кюхля" - роман-биография. Но, следуя за героем, читатель как бы входит в портретную галерею дорогих своему сердцу людей, и каждый портрет - а их очень
много - написан свободно, тонко и смело. Везде чувствуется взгляд самого Кюхельбекера, иногда кажется, что он сам рассказывает о себе, и чем скромнее звучит его голос, тем отчетливее вырисовывается трагедия исторической судьбы народа.
Особый смысл имеет у Тынянова география глав, это подчеркивание перемещений героя, его странствований и скитаний. Построение книги, ее композиция, ритм, образуемый последовательностью, масштабом и звучанием ее частей, - все это служит выражению ее главных тем.
Жизнь Кюхельбекера предстает в романе как странничество, как непрерывное скитальчество. Тынянов ничего тут не выдумывает, он верен правде документов, фактов, свидетельств современников. Его роман можно было бы назвать документальным в том смысле, что все главные события, все обстоятельства жизни героев могут быть подтверждены сохранившимися документами.
Роман "Смерть Вазир-Мухтара" (1927-1928) посвящен А. С. Грибоедову. Перед читателем - не классик, заслуживший вечную благодарность потомков, а друг декабристов, автор запрещенной комедии, так и не увидевший ее ни в печати, ни на сцене. О "Горе от ума" в романе говорится мало. Вместе с тем весь роман - это как бы огромный психологический комментарий к гениальной комедии. Все ясно - и причины, по которым она осталась в сущности единственным произведением Грибоедова, и тот факт, что автор этой комедии стал полномочным министром русского правительства, Вазир-Мухтаром.
Тынянов - не только исторический романист, историк и теоретик литературы, но и автор сценариев фильмов "Шинель" (1926) и "СВД" ("Союз великого дела", 1927). Он много занимался переводами - широко известны его переводы поэм и стихотворений Гейне. Среди исторических повестей и рассказов Тынянова - "Подпоручик Киже" (1928), "Восковая персона" (1931), "Малолетний Витушишников" (1933).
С увлечением работал Тынянов над созданием серии "Библиотека поэта" - одного из замечательных начинаний М. Горького. Он возглавил всю научно-исследовательскую работу, связанную с изданием серии.
Начиная работу над романом "Пушкин" (ч. 1-3, 1935-1943), писатель думал, что этой книгой будет закончена трилогия "Кюхельбекер - Грибоедов - Пушкин". В первых вариантах роман начинался с Абиссинии, с предков Пушкина. Потом Тынянов оставил этот замысел, решив следовать за пушкинским планом автобиографии, который относится к 1830 году и публикуется обычно под названием "Программа записок". Писатель заново прочел этот маленький текст и положил его в основу первой части романа. Ему удалось расшифровать многие загадки, начатые и брошенные фразы, фамилии. Опираясь на ничтожные данные, он угадывал главное и строил на нем свое повествование. Но роман "Пушкин" не был доведен до конца.
В течение многих лет Тынянов был тяжело болен. Во время войны, в условиях эвакуации, он написал третью часть романа "Пушкин" и рассказ о генерале И. С. Дорохове, герое Отечественной войны 1812 года, который сражался и одержал победу под Вязьмой (в те дни, когда писатель работал над рассказом, под Вязьмой шли ожесточенные бои).
Как и у всякого подлинного художника, у Тынянова был свой круг тем, своя идейная проблематика, свой жизненный "материал", свое эстетическое восприятие действительности, своя поэтика, своя стилистика. Художественная оригинальность Тынянова связана с тем, что он был активным участником литературного процесса, в котором ему удалось сказать свое слово.

Книги автора:

Без серии

[5.0 рейтинг книги]
[6.9 рейтинг книги]
[5.0 рейтинг книги]
[5.0 рейтинг книги]
[5.0 рейтинг книги]
[5.0 рейтинг книги]
[8.1 рейтинг книги]
[6.2 рейтинг книги]
[5.0 рейтинг книги]
[5.0 рейтинг книги]
[5.0 рейтинг книги]
[7.3 рейтинг книги]
[5.0 рейтинг книги]
[6.2 рейтинг книги]
[7.1 рейтинг книги]
[6.0 рейтинг книги]
[8.0 рейтинг книги]
Комментарии:
ПОПУЛЯРНЫЕ КНИГИ
Протокол Наследник
5.00
рейтинг книги
Серия:
#1 Гибрид
При виде меня мужик резко затормозил и что-то спросил… быстро, отрывисто… вот только слов я не разобрал, поскольку с иностранными языками и раньше не дружил, а сейчас тем более ни слова не вспомнил. Тогда как здоровяк без малейших колебаний нажал на курок, дуло непонятного агрегата содрогнулось и с уже…
Невероятная очевидность чуда
5.00
рейтинг книги
Она понимала. Кадры, это да – такая проблема… Мягко говоря, сложная. Причем глобальная для всех медучреждений, не только для их отделения и больницы – в масштабах всей страны, скажем так. – Так что пользуйся, пока я не передумал, испугавшись, что согласился тебя отпустить, и беги. – Еще разок безысходно…
Мечников. Из доктора в маги
5.00
рейтинг книги
Знать бы ещё, что это за город такой — Хопёрск. Правда, если там есть хоть какие-то зачатки медицины, без хлеба я не останусь. — В Хопёрске я смогу устроиться лекарем? — я решил прощупать почву. Отец грустно усмехнулся. — Сможешь, если унаследовал хотя бы долю моей лекарской магии, — кивнул он.…
Олд мани
5.00
рейтинг книги
«…за тебя и против всего мира» – окончила мысль я. Мне показалось, что так фраза прозвучит куда сильнее и глубже. По крайней мере, в тот момент, когда я писала эти строки, по рукам пробежали мурашки. Я была уверена, что такие слова когда-нибудь найдут какую-то чрезмерно романтичную натуру, которая…
Идеальный мир для Лекаря 21
5.00
рейтинг книги
Серия:
#21 Лекарь
— А это вообще законно? — удивилась молодая девушка. — Почему на охранниках столько артефактов? — А почему нет? — не понял я сути претензии. — Но ведь это дорого! — Да… — кивнул, и не стал больше никак комментировать это. Хотя вижу, что у девушки осталось еще немало вопросов. Еще некоторое время…
На границе империй. Том 7. Часть 3
5.40
рейтинг книги
— У нас серьёзная фирма, и на нас давить бесполезно. Уже не раз пробовали. — Хорошо, как с ней связаться? — Вот её контакт. Она сейчас свободна, можешь поговорить с ней. И переключил меня на неё. — Привет, Солара. — Привет, Алекс. Рассказывай, что у тебя за проблемы. — Проблема с посредницей.…
Свадьбы не будет, Светлый!
5.00
рейтинг книги
К слову, ректор — еще и отец того самого Лайтвуда, за которого меня собираются выдать замуж! Светлее этого рода — только сама светлая магия. Он ведь меня даже не выгнал за все мои фокусы. Любой темный как минимум бы попытался меня убить за то, сколько крови я у него выпила. — Горгульюшка моя злобная……
Золотые земли. Птицы Великого леса
5.00
рейтинг книги
Медведь резко распахнул глаза. Он по-прежнему лежал на земле, всё так же шумели волны на озере, облизывая песок, беспокойно крякали утки, и ветер шуршал в камышах. Осторожно он пошевелил медвежьей своей лапой. Его старое имя должно было быть позабыто вместе с прошлой жизнью. Больше он не слуга своего…
Ты не уйдешь
5.00
рейтинг книги
Плечи ныли, руки были как чужие, кое-как прицепленные к телу. Вдобавок меня трясло от отвращения к пьяному уроду, который только что меня лапал. Я чувствовала себя грязной, грязнее, чем он. Хотелось залезть в горячую ванну и соскоблить с себя его запах, следы его потных рук и вонючих слюнявых губ.…
Девчонкам здесь не место!
5.00
рейтинг книги
— Значит просто переодетый парень! — Не бывает таких мелких парней! — крикнули с другой стороны. — Бывает! — влез в спор кто-то четвёртый. — Не бывает! — Бывает! — Да девушка она, девушка! — вновь закричал знакомый голос. А я ведь только порадовалось, что обошлось. — Чем докажешь? — Я грудь…
Последний Паладин. Том 3
5.00
рейтинг книги
Едва ведущий закончил говорить, как десяток разноцветных прожекторов осветили огромную круглую площадку и, в тот же миг, кандалы на руках пленников упали одновременно с исчезновением вокруг них клетки. Один сразу ломанулся к центру площадки за оружием, но тут же получил огненным шаром в спину. Второго…
Законы Рода. Том 3
5.00
рейтинг книги
Прикрылся от очередной атаки щитом и занёс над головой копьё. Ну а дальше начались своеобразные кошки-мышки. Меня таранят эти толстенькие слабенькие Просты, я принимаю атаку на щит и прокалываю их ценный мех копьём. Одного проколол, второй отскочил от щита и поцарапал. Третий промазал по мне и налетел…
Сквозь страх
5.00
рейтинг книги
Ее продали – это она поняла сразу. Не поняла только, кому и зачем. И не понимала до сих пор, хотя прошло уже больше двух недель, как она попала сюда. Как выглядел дом со стороны улицы, девочка не знала, как не знала и того, на какой улице он находится. Сюда не долетали звуки внешнего мира, окна в…
Законы Рода. Том 5
5.00
рейтинг книги
Я поднялся и по очереди дотронулся до крестов с символом моего рода. Рядом с отцом задержался чуть дольше. — Пи? — Да, сейчас… Минуту… Перстень на пальце стал теплее, и я ощутил, что тысячи слов, которые мне хотелось сказать, застряли в горле. Нечего пока говорить. Я ещё ничего не достиг. Даже…