Куприн Александр список книг

ЖАНРЫ

Поделиться с друзьями:

Куприн Александр

Рейтинг
5.00
Пол
мужской
Годы творчества
1889—1934
Куприн Александр
5 + -

рейтинг автора

Биография

Александр Иванович Куприн родился 26 августа (7 сентября) 1870 года в уездном городе Наровчате (ныне Пензенская область) в семье чиновника, потомственного дворянина Ивана Ивановича Куприна (1834—1871), умершего через год после рождения сына. Мать, Любовь Алексеевна (1838—1910), урождённая Кулунчакова, происходила из рода татарских князей (дворянка, княжеского титула не имела). После смерти мужа она переехала в Москву, где прошло детство и отрочество будущего писателя. В шесть лет мальчик был отдан в Московский Разумовский пансион (сиротский), откуда вышел в 1880 году. В том же году поступил во Второй Московский кадетский корпус.
В 1887 году был выпущен в Александровское военное училище. Впоследствии опишет свою «военную юность» в повестях «На переломе (Кадеты)» и в романе «Юнкера».
Первым литературным опытом Куприна были стихи, оставшиеся неопубликованными. Первое произведение, увидевшее свет, — рассказ «Последний дебют» (1889).
В 1890 году Куприн в чине подпоручика был выпущен в 46-й Днепровский пехотный полк, стоявший в Подольской губернии (в Проскурове). Офицерская жизнь, которую он вёл в течение четырёх лет, дала богатый материал для его будущих произведений.
В 1893—1894 годах в петербургском журнале «Русское богатство» вышли его повесть «Впотьмах», рассказы «Лунной ночью» и «Дознание». На армейскую тему у Куприна несколько рассказов: «Ночлег» (1897), «Ночная смена» (1899), «Поход».
В 1894 году поручик Куприн вышел в отставку и переехал в Киев, не имея никакой гражданской профессии. В следующие годы много странствовал по России, перепробовав множество профессий, жадно впитывая жизненные впечатления, которые стали основой его будущих произведений.
В1890-е годы опубликовал очерк «Юзовский завод» и повесть «Молох», рассказ «Лесная глушь», повести «Олеся» и «Кэт» («Прапорщик армейский»), в 1901 году — рассказ «Оборотень».
В эти годы Куприн познакомился с И. А. Буниным, А. П. Чеховым и М. Горьким. В 1901 году переехал в Петербург[4], начал работать секретарём «Журнала для всех». В петербургских журналах появились рассказы Куприна: «Болото» (1902), «Конокрады» (1903),«Белый пудель»(1903).
В 1905 году вышло наиболее значительное его произведение — повесть «Поединок», имевшая большой успех. Выступления писателя с чтением отдельных глав «Поединка» стали событием культурной жизни столицы. Другие его произведения этого времени: рассказы «Штабс-капитан Рыбников» (1906), «Река жизни», «Гамбринус» (1907), очерк «События в Севастополе» (1905). В 1906 году был кандидатом в депутаты Государственной думы I созыва от Санкт-Петербургской губернии.
Творчество Куприна в годы между двумя революциями противостояло упадочным настроениям тех лет: цикл очерков «Листригоны» (1907—1911), рассказы о животных, рассказы «Суламифь» (1908),«Гранатовый браслет»(1911), фантастическая повесть «Жидкое солнце» (1912). Его проза стала заметным явлением русской литературы. В 1911 году со своей семьёй поселился вГатчине.
После начала Первой мировой войны открыл в своём доме военный госпиталь и агитировал в газетах граждан брать военные займы. В ноябре 1914 года был мобилизован в армию и направлен в Финляндию командиром пехотной роты. Демобилизован в июле 1915 года по состоянию здоровья.
В 1915 году Куприн завершает работу над повестью «Яма», в которой рассказывает о жизни проституток в российских публичных домах. Повесть подверглась осуждению за излишний, по мнению критиков, натурализм. Издательство Нуравкина, выпустившее в немецком издании «Яму» Куприна, привлечено прокуратурой к ответственности «за распространение порнографических изданий».
Отречение Николая II встретил в Гельсингфорсе, где проходил лечение, и воспринял его с энтузиазмом. После возвращения в Гатчину, был редактором газет «Свободная Россия», «Вольность», «Петроградский листок», симпатизировал эсерам. Послезахвата власти большевикам и писатель не принял политику военного коммунизма и сопряжённый с ней террор. В 1918 году ходил к Ленину с предложением издавать газету для деревни — «Земля». Работал в издательстве «Всемирная литература», основанном М. Горьким. В это время сделал перевод «Дон Карлос»Ф. Шиллера. Был арестован, три дня просидел в тюрьме, был выпущен и внесён в список заложников.
16 октября 1919 года, с приходом в Гатчину белых, поступил в чине поручика в Северо-Западную армию, получил назначение редактором армейской газеты «Приневский край», которую возглавлял генерал П. Н. Краснов.
После поражения Северо-Западной армии отправился в Ревель, а оттуда в декабре 1919 года в Хельсинки, где пробыл до июля 1920 года, после чего отправился в Париж.
Семнадцать лет, которые писатель провёл в Париже, вопреки мнению советского литературоведения, были плодотворным периодом.
Согласно версии советского литературоведения, чуть ли не насильно мобилизованный белыми и оказавшийся в эмиграции по недоразумению Куприн не написал за границей ничего стоящего.
На самом деле освобождённый от военной службы по состоянию здоровья пятидесятилетний Куприн пошёл в белую армию добровольцем, об офицерах Северо-Западной армии он писал: «В офицерском составе уживались лишь люди чрезмерно высоких боевых качеств. В этой армии нельзя было услышать про офицера таких определений, как храбрый, смелый, отважный, геройский и так далее. Было два определения: „хороший офицер“ или, изредка, — „да, если в руках“». Видя в борьбе с большевиками свой долг, он гордился службой в этой армии, смог бы — пошёл бы в строй, на позиции. Как дорогую реликвию в эмиграции он хранил полевые погоны поручика и трёхцветный угол на рукав, сшитый Елизаветой Морицевной. После поражения, уже побывавший в тюрьме и в заложниках, он спасал себя и свою семью от террора. Диктатуру как форму власти писатель не принял, Советскую Россию называл Совдепией.
В годы эмиграции Куприн пишет три большие повести, много рассказов, статей и эссе. Его проза заметно посветлела. Если «Поединок» сводит образ благородного царского офицера почти до уровня офицера современного, то «Юнкера» наполнены духом русской армии, непобедимым и бессмертным. «Я хотел бы, — говорил Куприн, — чтобы прошлое, которое ушло навсегда, наши училища, наши юнкеры, наша жизнь, обычаи, традиции остались хотя бы на бумаге и не исчезли не только из мира, но даже из памяти людей. „Юнкера“ — это моё завещание русской молодёжи».
 
К 1930 году семья Куприна обеднела и погрязла в долгах. Его литературные гонорары были скудными, а алкоголизмсопровождал все его годы в Париже. С 1932 года его зрение постоянно ухудшалось, и почерк стал значительно хуже. Возвращение в Советский Союз стало единственным решением материальных и психологических проблем Куприна. В конце 1936 года он всё же решился обратиться за визой. В 1937 году по приглашению правительства СССР вернулся на родину. Возвращению Куприна в Советский Союз предшествовало обращение полпреда СССР во Франции В. П. Потёмкина 7 августа 1936 года с соответствующим предложением к И. В. Сталину (который дал предварительное «добро»), а 12 октября 1936 года — с письмом к наркому внутренних дел Н. И. Ежову. Ежов направил записку Потёмкина в Политбюро ЦК ВКП(б), которое 23 октября 1936 года приняло решение: «разрешить въезд в СССР писателю А. И. Куприну» (проголосовали «за» И. В. Сталин,В. М. Молотов, В. Я. Чубарь и А. А. Андреев; воздержался К. Е. Ворошилов).
Умер в ночь на 25 августа 1938 года от рака пищевода. Похоронен в Ленинграде на Литераторских мостках Волковского кладбища рядом с могилой И. С. Тургенева.

Книги автора:

Без серии

[5.0 рейтинг книги]
[5.0 рейтинг книги]
[5.0 рейтинг книги]
[5.0 рейтинг книги]
[5.0 рейтинг книги]
[5.0 рейтинг книги]
[5.0 рейтинг книги]
[5.0 рейтинг книги]
[5.0 рейтинг книги]
[5.0 рейтинг книги]
Комментарии:
ПОПУЛЯРНЫЕ КНИГИ
Рождество по-эльфийски. Напарники без цензуры
5.00
рейтинг книги
– Ко мне ночью пришел представитель инквизиционного отдела быстрого реагирования, – сухо продолжил Саймон, и на этом моменте мне резко расхотелось улыбаться. – Мне было выдвинуто требование немедленного уничтожения всего напечатанного тиража, под угрозой наложения колоссального штрафа и тюремного заключения.…
Леди Малиновой пустоши
6.20
рейтинг книги
Только одно беспокоило меня — у нас не было детей. Вначале это даже было хорошо, надо было встать на ноги, добиться финансовой стабильности, а сейчас это уже тревожило. Мы прошли различные обследования в российских клиниках, врачи разводили руками — патологии не выявлено! И только один врач посоветовал…
Вечный. Книга III
5.00
рейтинг книги
Серия:
#3 Вечный
— Да, мой повелитель, слуги... — А ты помнишь, что я тогда сказал тебе, после назначения? Канцлер с трудом удерживался от того, чтобы застонать от боли. Его пронзила ноющая боль во всём теле и с каждой секундой она становилась всё невыносимее. — Да, мой повелитель: «Будь клинком и щитом империи».…
Как я строил магическую империю 4
5.00
рейтинг книги
Здание было кирпичным и весьма солидным, но явно попроще того, где жил Пантелеев. Нужная квартира, находилась на третьем этаже, и дверь открылась, едва я подошел. — Привет, — начал было я, но изящная рука втянула меня внутрь, а горячие губы закрыли рот. — Я вообще-то спешу, — пробормотал я через…
Имперец. Том 5
6.00
рейтинг книги
Жуткий грохот и скрежет сходящих с путей вагонов раздавался рядом, но наше убежище осталось нетронутым. И я наконец-то выдохнул. Секунду или минуту мы втроем сидели тихо. Я прикрыл глаза и просто слушал мир за металлической броней. Магия сочилась сквозь щели в броне, и я призвал стихию Воздуха, чтобы…
Цепи рая
5.00
рейтинг книги
Капитан Панайотис сбросил скорость и ловко повернул руль. Портовый катер повиновался, беря курс на буй. И вот они добрались до трупа. 2 Что-то особенное . Именно так, задыхаясь от ужаса увиденного, и сказал по телефону не назвавший себя мужчина. «Я нырял… там, слева… в заливе… Санта-Марина……
Московское золото и нежная попа комсомолки. Часть Третья
5.00
рейтинг книги
— Ах ты! Отдай! — крикнул Лёха и встал, пошатнулся и попробовал отобрать бутылку, сделав несколько махов руками. — Вот! А говорил — друг! А сам в одно рыло ханку трескаешь! — раздался знакомый и почти родной, ворчливый голос из недр «лохмадавчика». — Кузьмич?! Мне пока рано в рай! Мне сихроно… синхрата……
Эфемер
7.23
рейтинг книги
— По мнению Ши, мы все такие, — сказал я, — Я не ожидал, что ты будешь кидать все ножи сразу. — А иначе в чём смысл? — пожал плечами убийца Одержимых, — В бою нет правил. А я и не начинал действовать серьёзно, ведь пуля еще быстрее, её ты уже не отобьёшь голой рукой и не поймаешь. — Всё так плохо? —…
Мятежник
7.39
рейтинг книги
Через несколько секунд безмолвного изучения то, что скрывалось в сумраке, отдалилось, будто убедившись в наличии у них невидимого пропуска или получив негласный приказ. Стало полегче, Алиса наконец-то смогла вздохнуть, избавившись от спертости в груди. — Что это? — хрипло произнесла она. Арахна указательным…
Уроки во грехе
5.00
рейтинг книги
Да пошли они все. Хоть в прессе с подачи матери меня и описывали как невинную милашку, я могла бы стать такой же непримиримой, как она. – Мне восемнадцать. – Я уперла руки в бока. – Я могу брать в рот всё… – Ты Константин. Твой рот представляет нашу семью, так что я буду решать, где и как ты его…
Я снова граф. Книга XI
5.00
рейтинг книги
Но все же какие-то бонусы за спасение Екатерины мне перепадут. Уже хорошо. Я залез в лимузин к друзьям, которые смиренно делали вид, что не подслушивали наш с царем разговор. — Уши грели? — прищурился я. — И давно тебе звонят цари? — язвительно заметила Вика, выражая общее настроение. — Недавно,…
Подари мне небо
5.00
рейтинг книги
– Ты бы сначала выслушал. София – мастер своего дела. Когда-то она тоже пережила похожую трагедию. – Неужели? За минуту убила сто двадцать семь человек? Чёрт возьми, пусть вернётся, я передумал. Пожалуй, пожму ей руку, – сарказм был неуместен, но сил на более адекватный ответ я не нашёл. Лея грустно…
Старый, но крепкий 2
5.00
рейтинг книги
Когда я вернулся в пещеру, костер почти догорел. Внутри пахло дымом так сильно, что запершило в горле. Кира и остальные сидели у огня. Девушка баюкала в руках кружку, Роган точил о ремень ножик. Ларн сидел сгорбившись и носом читал какую-то мелкую книжку. Любопытство вспыхнуло и погасло — над книгой…
Старый, но крепкий
5.00
рейтинг книги
Я даже замер на миг. Легко разбивать в пух и прах несовершенство чужих книг, а представить, что делал бы сам… — Я бы предпочел не попадать, — признал я честно. — Там такой клубок опасностей и грязи, что выжить без сюжетной брони нельзя. — Но что, если бы все-таки попал? — не сдавался сын. — Жил…